Читаем Игра правил полностью

— Моть, — спешно обратил я на себя внимание, — если все открытия и озарения — это междусобойчики людей, то как же происходили открытия таких вещей, о которых другие люди не думали вовсе? Если никто не думал об изобретении, кроме одного человека, то с кем «родниться» в торренте в таком случае? Открытия того же Теслы или Да Винчи. Они создавали опередившие время технологии. С кем такие люди были в торренте? Я вот думаю, что некоторые люди получали и получают данные не только друг от друга, но и взаимодействуют с материей за пределами Земли. Ведь вся материя Вселенной едина. Почему бы не вести речь о настройке своего «приёмника» на взаимодействие с материей за пределами планеты? Присоединиться к некоему торренту более высокого порядка, более высокой частоты, чем людской междусобойчик? Не вижу смысла ограничиваться состыковкой «человек — человек». Вся материя едина и любые ограничения модели кооперации неуместны. Ты вот говоришь: «Всё человечество, словно один огромный суперкомпьютер, части которого скреплены между собой эфиром». Почему только «человечество»? Почему бы не допустить коннекта человека с другой материей?

— Я ничего не ограничиваю, — легонько вертел головой Мотя. — Кооперация человека с более сложной материей существует на том основании, что человек способен любить всю ширину мира и, погружаясь во всё большую гармонию с окружающим пространством, может нащупывать и настраиваться на абсолютно «непонятные» для себя частоты. Просто я не вижу смысла обсуждать вопрос кооперации материй разного порядка — более простой энергетической оболочки и более сложной энергетической оболочки. Я веду речь о взаимодействии между собой людей — о взаимодействии материи одного порядка сложности. Но если поставить вопрос возможности участия человека в торренте более сложной материи, то не вижу логических оснований отвергать такую возможность. Если какой-то конкретный человек сильно «подпрыгивает» вверх в своей любви к миру и взвинчивает пропускную способность своей энергетической оболочки, пусть даже и кратковременно, то в эти моменты неких «пиков» он однозначно имеет возможность коннекта с более сложной материей, до которой смог дотянуться рывками своей любви.

— Получается, — удивлённо развивал мысль я, — что более сложная материя, чем человеческая энергетическая оболочка, всё-таки существует?

— Естественно! — пылко отчеканил Мотя. — Разумеется, человек — не самая сложная материя во Вселенной. Наивно было бы полагать обратное. Энергетических оболочек разного качества во Вселенной бесконечное множество. Спектр сложности энергетических оболочек поистине колоссален! От крошечной оболочки фермионной струны до исполинской оболочки энергетического центра галактики! И это только из того, что можно объять и понять. Везде идёт один и тот же непрерывный процесс усложнения материи. Ведь Закон усложнения материи един и всеобъемлющ. И мысль некоторых людей о собственном превосходстве над всей остальной материей Вселенной — лишь потакание собственному тщеславию. Людям свойственны крайности. Либо они «бессмысленные букашки», либо «вершина творения Вселенной». Неужели нельзя держать какой-то баланс? Неужели нельзя принять, что в действительности люди — лишь прекрасное звено целостной и гармоничной структуры единой Вселенной?

— Ну а к примеру, — взахлёб продолжал я, — всевозможные молитвы, просьбы и переживания людей. Куда и кому они адресуются? Если весь обмен информацией — это торрент и междусобойчик, то я не совсем понимаю, куда и кому отправляются такие вещи и как они работают?

Перейти на страницу:

Все книги серии Философский диалог XXI века

Похожие книги

Knowledge And Decisions
Knowledge And Decisions

With a new preface by the author, this reissue of Thomas Sowell's classic study of decision making updates his seminal work in the context of The Vision of the Anointed. Sowell, one of America's most celebrated public intellectuals, describes in concrete detail how knowledge is shared and disseminated throughout modern society. He warns that society suffers from an ever-widening gap between firsthand knowledge and decision making — a gap that threatens not only our economic and political efficiency, but our very freedom because actual knowledge gets replaced by assumptions based on an abstract and elitist social vision of what ought to be.Knowledge and Decisions, a winner of the 1980 Law and Economics Center Prize, was heralded as a "landmark work" and selected for this prize "because of its cogent contribution to our understanding of the differences between the market process and the process of government." In announcing the award, the center acclaimed Sowell, whose "contribution to our understanding of the process of regulation alone would make the book important, but in reemphasizing the diversity and efficiency that the market makes possible, [his] work goes deeper and becomes even more significant.""In a wholly original manner [Sowell] succeeds in translating abstract and theoretical argument into a highly concrete and realistic discussion of the central problems of contemporary economic policy."— F. A. Hayek"This is a brilliant book. Sowell illuminates how every society operates. In the process he also shows how the performance of our own society can be improved."— Milton FreidmanThomas Sowell is a senior fellow at Stanford University's Hoover Institution. He writes a biweekly column in Forbes magazine and a nationally syndicated newspaper column.

Thomas Sowell

Экономика / Научная литература / Обществознание, социология / Политика / Философия