Читаем Иди за рекой полностью

Мне никак не удавалось совместить свое впечатление от Уила с той, другой его версией, которая распространялась по городу, – версией опасного дикаря, преступника и вора. Я ломала голову, как же мне узнать о нем правду, как увидеть его истинный образ, не искаженный сплетнями, злобой, рожденной из слепых предубеждений, и моей собственной томительной тоской по нему. Руби-Элис Экерс была единственным изгоем, которого я знала в своей жизни. Меня приучили к мысли, что она сумасшедшее, опасное и дикое существо, не заслуживающее ни уважения, ни даже просто внимания, – точь‐в-точь как Уил в глазах Сета, Милли Данлэп, Мартинделла и остальных. Тут я вспомнила о том, как утром два дня назад встретила Руби-Элис, которая стояла одна на дороге, спешившись с велосипеда. Почему же я не предложила ей помочь?

В затишье между посетителями я спросила у Коры, не видела ли она в последнее время Руби-Элис.

– Ну так‐то даже больше, чем обычно, – ответила она.

Деревянный настил простонал, когда она переместилась от корзинки с деньгами к своему табурету. Она села и несколько раз выдохнула через скрученные в трубочку губы, как будто задувала невидимые свечи.

– Торчит всю неделю на нашей дороге – чаще так стоит на одном месте, ну вроде как ждет кого‐то. Вы небось ее тож видали, она ж там почти что ни день стоит, прям, знашь, там, где ваша дорога с нашей пересекатся.

У Коры была особая манера сокращать слова, как будто некоторые из них не умещались во рту и произнести их целиком было невозможно.

– Тебе не кажется, что с ней что‐то не так? – спросила я, не успев как следует подумать над формулировкой.

– Ну… – хихикнула Кора, что означало: С чего бы начать? Список ох какой длинный.

Я попыталась исправить вопрос.

– Я в том смысле, что я тоже видела ее на нашей дороге. Это было необычно, даже для нее. Ты не думаешь, что она заболела или что‐то вроде этого?

– Че‐то я не сообразила спросить, – ответила Кора. – Можт, и заболела. Вчера мы с мамашей ехали в город, а она стоит ну прям посреди дороги, глаза выпучила, по сторонам такая зыркает. Еле-еле объехали.

Я не знала, успокоена я или наоборот встревожена тем, что Кора и ее мать отнеслись к старой женщине так же презрительно, как и я сама.

– Чего вообще все ее так боятся? – спросила я. – Сет думает, она – дьявол.

Кора рассмеялась и ответила:

– Ну, не думаю, что прям боятся! Скорей просто сторонятся странного, эт нормально. Забыли, вишь, что она ваще‐то не всегда была чокнутой.

– Не всегда? – спросила я.

– Не-е, – помотала головой Кора. – Наскоко я знаю, она головушкой поехала после того, как тут инфлюэнца прокатилась. Может, осложнение. А может, с горя.

– У нее кто‐то из родных умер? – спросила я.

Кора кивнула, и ее темные брови вскинулись.

– Все до единого.

– Это сколько же? – удивленно уточнила я.

Кора пожала плечами.

– Эт я не знаю. Я ж тада в люльке еще лежала. Просто слышала, че рассказывают. А сама‐то застала только такую ж Руби-Элис, как и ты. Че‐то все ездит на своем драндулете, на всех пялится глазами этими своими безумными. Ни словечка не скажет. Ток знай всякое зверье бездомное в дом тянет, шоб веселей. Господи, помоги нам.

– ГосподиПомогиРубиЭлисЭкерс, – рассеянно отозвалась я, размышляя над словами Коры.

Она кивнула и опять взялась за вязание. А я про себя добавила: Аминь.

Когда я была маленькой, мы с Кэлом часто укладывались пузом книзу на берегу небольшого пруда в нашем саду. Он дотягивался рукой до воды и разгребал плавающие листья, обнаруживая под ними целый скрытый от глаз мир. И вот мы лежали там бок о бок подолгу и терпеливо наблюдали, чтó проплывет мимо или всплывет на поверхность, и каждая мелкая рыбешка, каждый червячок или водяной клоп становились чудесным открытием. Разговор с Корой был очень на это похож: я как будто отодвинула в сторону мусор, который не позволял заглянуть под поверхность. Руби-Элис была одинокой женщиной с разбитым сердцем, а вовсе не дьяволом и не сумасшедшей, точно так же, как и Уил был просто-напросто бродягой и темнокожим чужаком в городе, в который редко заглядывали и те, и другие. Я вдруг поняла то, чего раньше никак не могла ухватить: ведь старуха день за днем там на дороге дожидалась меня! В то утро, когда я поспешила поскорее от нее удрать, она потянулась ко мне не для того, чтобы толкнуть, а чтобы предупредить. Уил остался в Айоле и прятался в доме у Руби-Элис. Бедная женщина укрыла его у себя. Я была в этом уверена.

– Кора, ничего, если я ненадолго отойду? – спросила я, изо всех сил стараясь говорить спокойно, хотя сердце колотилось как безумное.

– Конечно, солнышко, иди, – ответила она. – Тебе ж скоро обед мужчинам готовить.