Читаем Идеальный улов полностью

Мы спрятали от дождя все, что смогли, и забрались в палатку. Трой следовал за мной по пятам. Я сел на спальник и стащил мокрые ботинки, поставив их возле входа, а потом стянул футболку. Затряс головой, смахивая на промокшую собаку, и захохотал. Но затем глянул на Троя. Он не смеялся. Он сидел на коленях по соседству со мной – в палатке было не так уж много места, чтоб он разместился где–то еще – и с него стекала вода. Он тяжело дышал и щурил глаза.

По правде говоря, он вроде как злился.

– Чего? – спросил я. – Всего лишь немножко воды.

Он молчал.

– Ты смотрел прогноз погоды? – поинтересовался я, меняя тему. Он не отреагировал, но глаза были сфокусированы на моих губах. И он облизнул свои губы. Я с трудом сглотнул. – Просто интересно, как долго будет идти дождь, вот и все.

На его лице отразилась решительность. Трой обхватил мое лицо и поцеловал. Я удивился, он потерял равновесие, и мы оторвались друг от друга. Он отпрянул и выглядел испуганным.

– Прости, – прошептал он.

Казалось, он был готов выскочить под дождь, но я схватил его за футболку и крепко ее сжал. Он встретился со мной взглядом. В его глазах виднелась смесь из неуверенности и желания. Я коснулся ладонью его щеки, словно он был стеклянным. Медленно я прильнул ближе, дыхание его перехватило, а глаза зажмурились. И прежде чем наши губы встретились, я остановился. Я ждал этого момента много лет… И возьму от него все. Его лицо, исходивший от него запах дождя, его находившиеся близко розоватые губы и мучительный душераздирающий почти поцелуй.

Потом я прижался к нему губами. Поначалу нежно. Ощущение от жесткой щетины в сочетании с мягкостью губ – пьянящая смесь. Его аромат, его вкус… Мне пришлось напоминать себе, что это был Трой. Мой лучший друг. А затем пришлось напоминать себе, как дышать.

Я немного отстранился, и мы оба жадно глотали воздух. Я так и не выпустил его футболку. Я удерживал его на месте. Наши лица находились в миллиметрах друг от друга.

– Я так давно хотел тебя поцеловать, – тяжело дыша, пробормотал он.

Он выглядел пьяным. Я улыбнулся и привлек его для очередного поцелуя. Только в этот раз откинулся на матрас и потянул его за собой. Он устроился сверху и слегка отдалился.

– Кэл?

Я пробежал руками по его волосам, лицу и подбородку, приближая к себе его губы.

– С четырнадцати лет я хотел тебя. – Я уставился на его губы и прошептал: – Ты поцеловал меня.

Он всем весом лежал на мне и обнял мое лицо руками.

– Я пытался сдерживаться. А потом ты промок.

Я усмехнулся, а раздавшийся удар грома лишь добавил электричества между нами.

– Не сдерживайся. Я больше не хочу сдерживаться.

На этот раз он поцеловал меня от всей души, склонив голову и отрыв меня своими губами. Его язык скользил по моему языку, и, казалось, мое сердце вот–вот остановится. Я раздвинул ноги шире, а он толкнулся в меня бедрами. Я почувствовал его бешеную эрекцию и безо всякого стыда застонал. Отчего Трой содрогнулся, а я улыбнулся.

Трой отстранился, на его губах тоже играла улыбка. Я скользнул руками по его бокам и по заднице, притягивая ближе. Его глаза закатились, а потом закрылись.

– Кэл, – пробормотал он.

Я обхватил его лицо, и его глаза резко распахнулись.

– Скажи мое имя еще раз, – потребовал я.

И он выдохнул:

– Кэл.

За все годы знакомства он никогда не произносил мое имя подобным образом.

– Черт. – Я вновь притянул к себе его губы и основательно поцеловал.

И, боже мой, он умел целоваться. Он вновь и вновь ерзал по мне бедрами, наши члены ласкали друг друга. Я ничего не мог поделать. Мне требовалось больше. Мне требовалось… все.

Я просунул руку между нами и накрыл его ладонью. Он вздрогнул и остановился. Он перестал двигаться, перестал меня целовать.

– Кэл, я сейчас кончу.

Его слова – музыка для моих ушей. Я скользнул рукой под резинку его футбольных шорт и обвил пальцами его член. Он был таким теплым и твердым, но из–за неудобного угла я не мог обхватить его как следует. Поэтому попытался стянуть с него шорты. Он скатился с меня и стащил их, швырнув к открытому пологу палатки.

Я набросился на него и оказался между его ног. Он рассмеялся и схватил меня за бедра, а я, вдавливая в матрас, вновь его поцеловал. Его твердый член примостился на животе, и, боже мой, как же я его хотел. Я освободил свой член, и наши эрекции плавно задвигались в моей руке.

Вот же черт! Никогда в жизни не испытывал ничего подобного. Ни с кем мне не было так хорошо. Наши члены скользили по соседству друг с другом, как шелк по раскаленной стали. Мы оба сочились влагой, а его руки побывали повсюду: в моих волосах, на спине, на заднице. Наши губы сливались в поцелуе, его язык находился у меня во рту. Он был везде, и все равно было недостаточно.

Всегда будет недостаточно.

Но потом его бедра начали подрагивать, а член запульсировал в моей руке. Ногтями он вцепился в мою спину, взгляд выражал чистейшее блаженство. И он кончил.

Он выгнул спину, и его набухший член излился между нами. Зрелище было настолько эротичным, настолько изумительным, что я незамедлительно последовал за ним.