– Что бы ты понимала! – презрительно усмехнулась Ангелина. – Я в этом бизнесе уже пятнадцать лет. И, к твоему сведению, достойные женихи москвичек нынче почти не заказывают. У тех слишком гонора много. А мой клиент – он ищет отдушину. Не просто красивую девушку, но еще и хозяйственную, добрую, спокойную. А что москвичка? Котлет не пожарит, вечер дома, перед телевизором, для нее катастрофа, ей каждый день ночные клубы подавай. Одеваться желает в бутиках, а там завалящая кофточка тысячу долларов стоит. Да еще и брачный контракт требуют. Поэтому, если раньше клиенты всегда просили, чтоб девушки только со столичной пропиской, то теперь наоборот. Российское гражданство, конечно, нужно, а то, что не москвичка, даже хорошо. Ну, чего? Внести тебя в базу данных? Ничем не рискуешь! Выберут – начнешь переписываться. Пригласят – приедешь в Москву. Конечно, за счет жениха...

– Да можно, наверно, – неуверенно пробормотала я.

– Ну, и прекрасно. – Она извлекла из другого кармана электронную записную книжку (первый раз встречаю людей, которые берут с собой на тренировки такие вещи). – Диктуй фамилию, имя-отчество, телефон. Детей, надеюсь, нет?

– Есть, – вздохнула я. – Сын.

– Большой?

– Три года.

– Вот не можете вы без этого! – сразу рассердилась она. И протянула: – Ну, тогда все сложней... Клиенты – они своих детей хотят, а чужие, сама понимаешь, никому не нужны. Хотя... Если есть, с кем оставить... тогда в анкете про ребенка можно и не писать.

Я вдруг представила, как еду с подачи этой громогласной особы покорять Москву. Искать себе богатого жениха. А моего зайчика, Максимку, оставляю на попечение бабушки. И даже не признаюсь мужчине – будущему мужу, – что у меня есть сын...

Нет. Никогда.

И я твердо произнесла:

– Нет. Такой вариант меня не устраивает.

– Ну, и сиди тогда в своей дыре! – Моя клиентка мигом утратила весь свой лоск.

– Договорились, – не стала я вступать в перепалку. Сделала погромче музыку и начала наконец тренировку.

Бэла

Санаторий меня поразил – чистый, светлый, ухоженный. Да еще и путевка у меня оказалась, спасибо отцу, самой что ни на есть элитной. Поселили меня в двухкомнатный люкс, кровать с балдахином, на столе ваза с фруктами, по стенам неплохие картины. «И все процедуры у вас оплачены, по ультра-олл-инклюзив, – заверили на рецепшн, – и тренировок любое количество, и любые экскурсии... И заниматься вами будет доктор Старцев, это наш лучший специалист!»

– Да, да, спасибо, – несколько растерялась я.

Честно признаться, я чувствовала себя в роскошном окружении не очень уютно. Случайно расплескала воду по полировке столешницы и до смерти перепугалась, что пойдут пузыри. И с кранами в ванной, какими-то хитрыми, навороченными, разбиралась чуть не полчаса. А уж местное светское общество мне и вовсе не пришлось по душе.

...Отец утверждал, что сюда, в санаторий «Ариадна», съезжаются самые «сливки». Одно из двух: или он жестоко ошибался, или российская элита – полное г... Честное слово: мне куда приятнее общаться с коллегами-воспитательницами в нашем садике (неустроенные, безмужние, с доходами ниже среднего). Да что там, даже наши нянечки (хохлушки или молдаванки без прописки и максимум со школьным образованием) – и те куда симпатичнее, нежели съехавшиеся в «Ариадну» гранд-дамы.

В самое первое утро, когда я вышла к завтраку, со мной едва культурный шок не случился. Потому что я сама, конечно, не делала никакого особого макияжа. И нарядилась всего лишь в джинсы и свежую футболку. Босоножки надела без каблучка. Но выглядела при этом абсолютно белой вороной. Прочие же девушки, женщины и дамы (отдыхал в санатории почти сплошь слабый пол) дружно, будто между собой сговорились, явились в столовую в спортивных костюмах. И в шлепанцах. И в большинстве своем лохматые (не исключено, конечно, что я ничего не понимаю в модных стрижках, и за художественный беспорядок на своих головах они отвалили немалые деньги). А многие еще и с красными глазами и с ощутимым похмельным запашком. Запашком такой силы, что никаких сомнений не оставалось: они полночи выпивали, и выпивали крепко. Ничего себе люди здесь оздоравливаются!

Одна из девиц – в совсем уж несолидном бумазейном костюме (на штанине, впрочем, вызывающим золотом горел лейбл: «Джуси кутюр») – дурашливо приветствовала меня:

– Ой! Ты откуда такая красивая?..

Подобные вопросы всегда ставили меня в тупик. Как, интересно, на них отвечать? По существу – «я, мол, из Москвы?» Или – «сама ты дура»?

Впрочем, девчонка ответа, кажется, и не ждала. Протянула мне свою ладошку, буркнула:

– Катюха.

– Бэла, – представилась я.

– Ух, ничего себе! Узбечка, что ли? – округлила глаза новая знакомая.

– Сама ты узбечка. Сокращенное от Изабель, – пожала я плечами.

И похоже, прибавила себе очков, потому что Катюха уважительно пробормотала:

– Не, Изабель – фигня. А Бэла – это красиво. Как у Лермонтова, он почти что мой земляк. Пойдем за мой стол?

– Пошли, – благодарно улыбнулась я.