Читаем Язык птиц полностью

Жил невежда один, он бродил по базарам,Притворяясь подвижником немощно-старым.600 Брел он Хызром под ветхим зеленым покровом,Ну а сам был, как вешняя зелень, здоровым.[81]Но умея личину смиренья надеть,Добывал себе в лавках он блага и снедь.Прибегал он к коварным и подлым уловкамИ скрывал лицемерие в нищенстве ловком.То словами униженной лести он клянчил,То слезами обиженной чести он клянчил.То он россказни плел о степенстве своем,То морочил людей, похваляясь умом.605 Ловко действуя сказкой, стократно пропетой,Разживался он пищею или монетой.Сам хитрил ли, терпел ли чужие нападки,Все, что нужно, всегда собирал он в достатке.Ежечасно он бангом бывал охмурен,И мечты его были — что путаный сон.[82]Как-то раз ему встретился старец-подвижник,Много странствий свершивший — и дальних и ближних.Так уж вышло: увидев, что старцу подвластно,Понял он, сколь его злая доля несчастна.610 Старец молвил: «А ну, покажи свой мешок,Погляжу я, чем за день разжиться ты смог!»Тот завязки мешка отпустил посвободней,Глядь, а там—лишь отрава, дары преисподней,Смотрит — там лишь дерьмо, нечистоты навалом, —Как былинка, он вспыхнул огнем небывалым.А старик взял в ладони земли из-под ног,Бросил в торбу: возьми, мол, — тебе приберег.Нищий смотрит: не прах там, а золото в слитках,Драгоценные камни и жемчуг на нитках.615 Нечестивец дивится — мол, что за причина?Ну а старец исчез уже — нет и помина!Что за польза — губить себя делом срамным,А потом волю дать покаяньям дурным!Ты, крича о своем благородстве хваленом,Помни, что приключилось с бродягой «зеленым»!

ОТГОВОРКА ПАВЛИНА

А потом речь была начата и Павлином:«К-эй, ты признан меж нас вожаком-властелином.Дан в садах и дворцах мне удел несравненный,Яркость перьев моих — изумленье вселенной.620 Облик мой цветникам украшенье дает,Пышный вид мой усладу для зренья дает.Там, где я, сад и осенью радостен взглядам,А леса и зимою покажутся садом.Красота моя блеском красна небывалым,С Искандеровым только сравнится зерцалом.[83]Ярче всех оперение дал мне господь,Да и блеска — не менее дал мне гбсподь.Кто моею красою хоть раз восхитится,Совершенством творенья тотчас восхитится.625 Всех творец наделил разной долей по праву:Одному дал он мед, а другому — отраву.И в той доле, что дал тебе в милость творец,Все послал, что бы в ней ни случилось, творец.Одному бог судил быть от века любимым,А другому — шайтаном быть, злым нелюдимом.И пытаться уйти от дарованной доли, —Значит, тешиться небылью, мучась в неволе».

ОТВЕТ УДОДА ПАВЛИНУ

Перейти на страницу:

Все книги серии Литературные памятники

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока