Читаем Ястреб на перчатке полностью

Визит к герцогине де Таворе. Визит тайный и для нее совершенно неожиданный. Я решил сделать Марии сюрприз. Вот только знал, что он ей точно не понравится. Наши отношения затянулись, лучше для обоих было бы расстаться, но мне от герцогини требовалась одна услуга. И ей придется согласиться, независимо — хочет она того или нет.

Оставил карету и телохранителей за квартал от особняка герцогини. Дальше пошел пешком. Через ворота идти не хотелось, как и отводить глаза стражникам. Вспомнил молодость, быстро перелез через забор. Рассмеялся. Действительно, ситуация была нелепая: могущественный маг лезет через забор в дом любовницы, словно мальчишка. Спокойно прошел по аллеям парка к самому особняку. Зашел через черный ход для прислуги. Никто и не подумал меня остановить. Охранники привыкли к моим визитам. Дошел до личных покоев Марии. Постучался в маленькую неприметную дверцу в конце коридора — комнату ее личной служанки. Милая девушка всего за один золотой согласилась тайно провести меня к герцогине. Хитрая служанка ничем не рисковала: если меня засекут, объяснение простое — маг сам прошел, обернувшись невидимым.

Сквозь неплотно запертую дверь доносились два голоса. Женский и мужской. Я не стал позорить гордое имя волшебника подглядыванием сквозь замочную скважину. Благо стены в покоях де Таворы были тонкие. Заклинание «Ясного Ока» — и стены для меня больше не помеха.

— Мария, смилуйся! Перестань терзать мое израненное сердце! — воскликнул мужчина в черно-серебряном кафтане. Он стоял перед герцогиней, удобно устроившейся в резном кресле.

Сеньор Агриппа д'Обинье. Вот кого я не ожидал здесь увидеть, так это его. Но судьба часто преподносит нам и не такие сюрпризы.

— Агриппа, чего вы требуете от меня? — властно произнесла герцогиня, на шее у Марии я заметил цепочку с маленьким кулоном. В виде змейки. Так вот для какой дамы выбирал подарок д'Обинье-младший.

— Не требую. Прошу! Молю! Мне надоела секретность встреч, скрытность и таинственность. Почему я не могу открыто заявить о своих чувствах к тебе? — вопрошал Агриппа. В голосе его чувствовалась неподдельная боль. — Пощади мои чувства! Это самая жестокая пытка — видеть, как ты танцуешь с другими, кокетничаешь, флиртуешь. И в то же время самому изображать безразличие…

— Тебе мало моей любви, Агриппа? Ты думаешь только о своих чувствах, забывая о моих! — Герцогиня сменила тон, перешла на «ты». — Сколько слез я пролила, наблюдая со стороны твои глупые выходки. Я тебе больше не нужна? Ты ищешь повод порвать со мной? Скажи честно! — Мария в тот момент была сама невинность, оскорбленная добродетель, обманутая любовь.

Лучшая защита — нападение. Бедный д'Обинье, он сразу побледнел, сжался, принялся оправдываться.

— Нет, что ты, Мария! Я об этом даже и подумать не мог. Я люблю тебя, люблю всем сердцем. Смотри, я у твоих ног! — Он встал перед ней на колени. — Просто я мечтаю о том дне, когда смогу сказать это открыто, не таясь. Чтобы все знали о моей любви!

— Главное — что я об этом знаю, Агриппа. — Голос Марии смягчился, она провела пальцами по его лицу. Коснулась старого шрама от алькасарской сабли. — Думаешь, я просто так, по пустой прихоти настаиваю на том, чтобы мы встречались тайно? — ласково спросила она. — Нет, мой любимый. Все это ради тебя, я ограждаю нашу любовь от бесчисленных завистников и сплетников, что рады будут оклеветать наши чувства, донести твоей жене. Она устроит скандал. Поверь мне, пусть пока все остается как есть, так будет лучше, — мягко закончила герцогиня.

— Жена — к черту! Разведусь, откуплюсь от нее! — горячо ответил д'Обинье. — Прошу тебя, Мария, будь моей женой. Я чувствую, мы небом предназначены друг другу.

— Не спеши, Агриппа! — погрозила ему пальцем Мария. — Не строй воздушных замков: то, что я дарю тебе свою любовь, еще не значит, что я выйду за тебя замуж!

— Но почему?! — воскликнул Агриппа. — Почему? Ведь ты говоришь, что любишь меня! Что, что тебе нужно, Мария? Скажи, что мешает?!

— Не все так просто, мой граф, — улыбнулась герцогиня.

В тот момент я решил, что увидел достаточно. Смотреть дальше на унижения д'Обинье у меня не было ни малейшего желания. Храбрый воин, отличный полководец, он сейчас был похож на кусок теста. Лепи из него что хочешь. Куда делись его гордость и воля? До чего доводит любовь…

Я сотворил короткое заклинание. Дал понять Марии, что нахожусь в соседней комнате.

Надо отдать герцогине должное. Она даже не переменилась в лице. Лишь сказала графу: «Сейчас вернусь» — и вышла в соседнюю комнату. В ту, где сидел я, удобно развалившись на диване, закинув ногу на ногу.

— Гийом, он меня преследует! Угрожает, я никак не могу от него отделаться! Отказать не смею: Агриппа — страшный человек! Обещал убить и себя, и меня, если я его брошу! — раздался горячий шепот.

Если бы Мария была актрисой, то после ее выступлений овации не стихали бы в течение оры. Какой талант! За несколько мгновений герцогиня преобразилась. С д'Обинье говорила светская львица, предо мной же предстала несчастная, напуганная женщина, нуждающаяся в помощи и поддержке.