Читаем Ястреб на перчатке полностью

Де Кордова отшатнулся, как от удара. Лицо его побелело. В тот момент еще неизвестно было, кто «бледнее». Виконт сжал кулаки — так, что ногти впились в кожу. Глаза горели. Я ждал. Поэт сумел сдержать себя. Ничего не ответил, развернулся и пошел к ждавшему его экипажу.

На противоположной стороне улицы я заметил знакомое лицо. Точнее, крысиную морду. Маркиз де ля Крус собственной персоной. Де Кордове не повезло, его позор будет известен всем. У ля Круса хорошее воображение, додумает, то, чего слышать не мог.

Виконт уходил, провожаемый взглядом записного сплетника. Он унизился перед безродным пришлым колдуном, опозорил себя. Теперь Луис меня по-настоящему ненавидел. Поэтому был способен на любую глупость. Но я в тот же день позаботился, нашел выход, как оградить себя от его неосторожных действий. Сразу после встречи с Луисом объехал несколько столичных банков и нанес ранние визиты самым известным ростовщикам. Потом послал письмо к маркизу де ля Крусу. Пригласил его на ужин в трактир «Жирный кот».

«Жирный кот» — одно из лучших увеселительных заведений города. Прекрасная кухня, отличные вина, смазливые служанки, крепкие дубовые столы и лавки, хозяин отпускает в долг. Как раз то, что нужно гвардейцам. Когда гвардии выдают жалованье, в «Жирном коте» сутками напролет идет веселье. Телохранители Хорхе гуляют от души, пьют, пока не упадут, отсыпаются в комнатах на третьем этаже, желающие могут там еще и девушку заказать, и снова пьют. Пока деньги не иссякнут. Пирушки часто заканчиваются дуэлями. О гордом и своевольном нраве гвардии, как и о ее склонности к гулянкам, ходят легенды.

Швейцар, почтительно кланяясь, отворил мне двери. В общей зале было малолюдно. Два или три человека потягивали вино за игрой в карты. До выдачи жалованья гвардии было еще две недели, солдаты и офицеры, почти сразу прокутившие королевское золото, остро нуждались в деньгах. Им было не до «Жирного кота». Ходили анекдоты о том, как гвардейцы всеми способами избегали заимодавцев, требовавших вернуть долги.

Я поднялся вверх по лестнице на второй этаж, где располагались отдельные кабинеты. Толкнул дверь крайнего номера.

Маркиз де ля Крус хищно улыбнулся при моем появлении. Сам Бледный Гийом просит его о встрече. Нуждается в его услугах. В глазах ля Круса легко читалась алчность. Он уже прикидывал, сколько денег сможет с меня содрать. И за сколько флоренов потом продаст мои секреты.

— Гийом, наконец-то вы пришли. Опаздываете. Я уже собирался уходить, — произнес он вместо приветствия. Врал. Его отсюда выгнать можно было только силой.

— Но не ушли. Сразу перейдем к делу. — Я сел напротив него, положил руки на стол. — Вы, маркиз, сейчас тесно общаетесь с сеньорами Луисом де Кордовой и Гонсало де Агиляром. Они почему-то вас привечают, хотя их друг Феррейра вас терпеть не может. Как и я. Но речь не об этом. Вышеупомянутые сеньоры сейчас, скорее всего, строят планы, как разрешить мой конфликт с де Кордовой в пользу последнего. Грубо говоря, думают, как отнять у меня Изабеллу де Клосто. Я хочу знать о каждом их шаге, каждом слове.

— Да как вы смеете предлагать мне такое?! За кого меня принимаете? Если бы не покровительство короля, я бы вызвал вас на дуэль! — возмутился ля Крус, но не слишком громко, чтобы посторонние не услышали.

Я рассмеялся ему в лицо. Этот мерзавец думал, что я буду с ним препираться, торговаться, покупать его услуги, делая себя от него зависимым.

— За кого принимаю? За продажную сволочь, которой ты, трус, и являешься. Смотри! — кинул на стол пачку бумаг, перевязанную красной лентой. — Узнаешь? Это твои расписки.

Ля Крус бросил на бумаги один взгляд, увидел свою подпись и побледнел.

— Что вы хотите? — прохрипел он.

— Здесь твоих долгов на шестьдесят тысяч флоренов. Конечно, со временем ты бы мог их покрыть по очереди, постепенно, но одномоментно, все сразу — ты разорен, маркиз. Я тебя уничтожу, пущу по миру, отберу у тебя даже этот твой щегольской камзол. Если захочу, — грозил я, глядя маркизу в глаза.

Ля Крус попытался что-то сказать, но слова застряли у него во рту. Лицо уже не было бледным, налилось кровью. Маркиз оттягивал пальцем воротник камзола, задыхался.

— Перспектива ясна? — Ля Крус быстро кивнул. — А теперь сиди и думай, как ты можешь ее избежать. — Я хищно улыбнулся на прощание и вышел, оставив маркиза одного.

Завтра я буду знать всю интересующую меня информацию. Ля Крус был перепуган насмерть. Он решил, что я скупил все его долговые расписки. Еще чего! Я просто взял их в аренду у ростовщиков. И сразу бы вернул, как только маркиз стал бы мне бесполезен. Я знал, что он будет стараться изо всех сил, выслуживаться, спасая свою шкуру.

Разобравшись с маркизом, я успел поужинать в соседнем трактире. Вкушать пищу рядом с перетрусившим сплетником мне было противно. Время поджимало. На вечер у меня было еще одно дело.