«Мне нужен долгий, долгий сон», — эти слова говорит Насер своему министру информации Хасанейну Хейкалу, проводив последнего участника конференции, эмира Кувейта, в аэропорту Каира. У президента, как уже часто бывало, боли в ноге. На вопрос Хейкала, как он собирается снять боль, Насер говорит: «Я опущу ногу в горячую соленую воду». Он добавляет, что этим средством пользовался еще его отец.

В 15.30 Насер в своей семье. Его ждали с обедом, но он ни к чему не притрагивается. Он ложится в постель, но через несколько минут требует, чтобы пришел врач. В 16 часов врач констатирует, что у Насера сердечный приступ. Вскоре Насер теряет сознание. Врач массирует сердечную область, но президент не подает признаков жизни.

Гамаль Абдель Насер истратил свои последние жизненные силы на прекращение гражданской войны в Иордании и сохранение ООП как политического и военного фактора.

Насеру поневоле пришлось нарушить запрет его русского врача доктора Газова, который назначил президенту месяц абсолютного покоя. Насер должен был находиться в Мерса Матрух, на вилле у моря, на которой, кроме телефона, не было никаких средств связи, обычно находящихся в распоряжении главы государства.

Именно в день приезда президента в Мерса Матрух король Хусейн отдал приказ о нападении иорданской армии на палестинцев. Известие о начале гражданской войны от Насера вначале утаили; однако по настоянию Ясира Арафата молчание было прервано.

Секретари президента вняли аргументу, что молчание Каира может быть истолковано королем Хусейном как согласие не щадить ООП. Гамаль Абдель Насер был лидером арабского мира, с мнением которого следовало считаться. Египетский президент должен был вмешаться — поэтому ему прошлось в конце концов уехать из Мерса Матрух на последнюю политическую акцию в его жизни.

Все главы государств, которые только что покинули Каир, возвращаются, чтобы проводить Насера в последний путь. Ясир Арафат также участвует в траурной церемонии.

Он не скрывает своих слез. Он говорит, что палестинская революция потеряла отца — и при этом забывает, что Гамаль Абдель Насер долгое время скептически относился к ООП, что он с подозрением относился к ее подъему, что он часто хотел использовать ее как средство.

Отныне Арафат видит в Насере прежде всего спасителя в отчаянной ситуации. Множество раз он будет выражать сожаление о смерти этого арабского государственного деятеля — у него часто будут достаточные основания для такого сожаления. Начатый тогда процесс в Иордании, как он высказался позднее, протекал бы иначе, если бы Насер был в живых. После смерти Насера Хусейн больше не чувствовал себя связанным обязательствами.

17. Самый тяжелый период для Арафата

С самого рассвета 2 декабря 1970 года над иорданской столицей лежит выжидательная тишина. Наследный принц Хасан собирается от имени отсутствующего короля открыть сессию парламента, которая должна была уже давно начаться.

С середины октября объявлено о сессии, основной темой которой будет преодоление последствий гражданской войны. Начало заседаний все время откладывалось, поскольку политики монархической ориентации и военные требовали впечатляющей демонстрации королевской силы. Однако до начала декабря ответственные за безопасность должностные лица, политики и офицеры считали подобную демонстрацию опасной.

Ко 2 декабря армейское руководство убеждено, что сторонники ООП в Аммане больше не имеют оружия. За последние недели склады оружия ликвидировались один за другим. Военные во время этих акций нарушили условия Каирского соглашения, которые предусматривали, что в столицу не будут введены вооруженные армейские подразделения. Армия давно уже заняла все важные точки в Аммане, от федаинов же требуется точно придерживаться условий соглашения. У ООП оружие изымалось силой — со ссылкой на соглашение между Хусейном и Арафатом, сама же армия использовала свое оружие без всякого стеснения, чтобы разоружить палестинцев. Это было закончено ко 2 декабря.

Наследный принц Хасан решил проехать по улицам к парламенту в открытом автомобиле. Именно на такого рода демонстрацию надеялись сторонники монархии. Однако ответственный за Амман офицер безопасности запрещает поездку в открытой машине, поскольку все еще существует опасность, что из лагеря на холме будет выпущен ракетный залп или в домах по пути следования машины укроются снайперы. Верховное командование армии поддерживает принца в его споре с офицером безопасности. Высший орган вооруженных сил гарантирует безопасность принца.

Жители Аммана ждут, решится ли ООП нанести удар по монархии. Если кронпринца обстреляют, то палестинцы тем самым продемонстрируют, что они не отказались от своих притязаний на Амман. Если кронпринц беспрепятственно проедет в открытой машине по Амману, то со всей очевидностью будет продемонстрирована победа королевской армии над палестинцами.