Читаем Ящик Пандоры полностью

Раввины не забыли уроков противостояния иудаизма античной цивилизации, когда на фоне просвещенной, предельно развитой для своего времени, открытой и блистательной эллинистической ("доримской") культуры их секта воспринималась как дикий, мрачный, зловещий и одиозный анахронизм. Именно тогда, в первый и последний раз, они могли навсегда кануть в тартарары. Поэтому они панически боялись возрождения "эллинизма", то есть, той ситуации, при которой просвещенность, демократичность и открытость, демонтаж обскурантизма и рабства — установились бы 1) при сохранении влияния и авторитета христианства и его традиционных институтов, 2) без политического лидерства евреев, 3) без присутствия евреев на высоких постах в высших эшелонах власти, и 4) без финансово-экономического доминирования евреев.

Именно поэтому еврейская элита вынуждена была прервать свое весьма уютное существование, строившееся на грабеже не евреев, и на беспросветной нищете и бесправии еврейских масс, согнанных в гетто и во все времена являвшихся скотом, приготовленным для бойни, и (как и в предыдущие тысячелетия) обвинить в положении простых евреев гойские (не еврейские) власти. Именно тогда еврейская верхушка искусственно выдвигает из своей среды клан Ротшильдов, чтобы те возглавили эту войну против европейской цивилизации.

Однако, развитие частнособственнических, капиталистических отношений, падение монархий, разрушение структуры феодализма и аристократических каст В ПРИНЦИПЕ стали неприятным сюрпризом для еврейских руководителей, которыми все эти "побочные" явления не было запланированы. С одной стороны, они разработали и осуществили серию революций в Европе, чтобы уничтожить местные аристократические элиты, которые планировали (после реставрации крепостничества) подменить своей собственной руководящей элитой. Еврейская верхушка страстно желала, чтобы традиции христианской церкви и, связанной с ней, европейской культуры были уничтожены, но чтобы при этом все, что было характерно для феодальных общественных отношений, осталось. Они начинают планировать феодальные контрреволюции.

Особые опасения вызывала у еврейской верхушки Россия. До тех пор, пока в России сохранялось реликтовое крепостное рабство, со стороны мировой еврейской элиты не предпринималось никаких масштабных шагов для того, чтобы свалить российский режим. Евреи заметались и задергались только тогда, когда в России наметилась широкая преобразовательная программа. Они боялись, что эта страна может пойти по отличному от остальной Европы пути, превратившись в развитое и социально консеснусное общество без потери традиционных ценностей и православного стержня. Если бы это произошло, это был бы кошмарный сон еврейских главарей. Находясь под дамокловым мечом такой возможности, еврейской верхушке необходимо было

1) расправиться с самодержавием (так как оно было неразрывно связано с православием),

2) уничтожить царскую династию, чтобы предотвратить возрождение (когда бы то ни было) этой неразрывной связи между верховной властью и православием;

3) уничтожить Россию как традиционную империю;

4) установить в России власть евреев, которые сформировали бы правящую элиту;

5) уничтожить всякие остатки древней родовой демократии, традиций Пскова и Новгорода, сельский крестьянский "мир";

6) попытаться навязать России новый феодально-рабовладельческий режим. Подчеркнем, что истерический страх еврейской верхушки перед Россией (как и перед Германией) подогревался в основном "запоздалым" развитием этих стран по отношению к другим, "передовым", державам, и, соответственно, перед возможностью возникновения там уникального, "третьего" пути. Именно поэтому оптимальным "решением" являлась для еврейской верхушки попытка столкнуть Германию и Россию.

Таким образом, в отношении еврейской элиты к России проявилась геополитическая доктрина Ротшильдов, зловещего клана, который, совместно с другими династиями еврейской феодальной аристократии, стремится править миром. Свою борьбу с отходом от феодализма еврейская элита вознамерилась вести с помощью эксклюзивной роли банков и больших международных корпораций.