Завершая рассказ о ярославской «барже смерти», необходимо привести в высшей степени загадочную историю, следы которой обнаружили Иван и Юрий Шевяковы. Они нашли отрывок воспоминаний красного бойца Михаила Булатова, в прошлом старшего унтер-офицера Лейб-гвардии Гренадерского полка, который прибыл на «Ярославский фронт» в составе Нижегородского отряда ЧК в самый разгар июльских боев. Спустя многие годы на страницах газеты «Ленинская победа» (г. Богородск, Горьковской области) заслуженный чекист с полувековым стажем вспоминал: «Здесь еще более проникся ненавистью к врагам советской власти. Они в своей злобе не останавливались даже перед гнусным преступлением, совершенным над детьми. Погрузив их на две баржи, они одну облили керосином и подожгли. Вторую не успели – подоспели нижегородские чекисты». Более ни один из участников событий об этом не упоминает. Но не будем забывать, что красная сторона привычно обвиняла противников в собственных же преступлениях (как это было, например, с убийством парламентера Сергея Суворова), умышленных или совершенных случайно. Вовсе не исключено, что восставшие могли попытаться эвакуировать из пылающего города баржи с детьми, которые могли быть расстреляны красной артиллерией. Впрочем, это не более чем допущение, сделанное автором данной книги. В любом случае можно отметить, что несколько дней спустя после «ликвидации мятежа» у берега «нижнего» волжского острова, находящегося как раз напротив Коровников, где занимала позиции одна из артиллерийских частей, были обнаружены остовы двух речных судов, сильно поврежденных снарядами. Первое из них значится как «баржа № 11 Ганюшкина под знаком 1741/44, груженная мазутом». Это расстрелянное артиллерией судно выгорело до самой ватерлинии. Второе – баржа № 3001, неизвестно кому принадлежавшая полупалубная «мариинка». Она также была сильно повреждена снарядами. Сами братья Шевяковы в своей статье пишут: «Возможно, именно об этих баржах писал в своих воспоминаниях бывший лейб-гренадер. Однако достоверно неизвестно, были ли на сгоревшей барже дети, и если да, то какая из сторон повинна в их гибели. Есть лишь сведения, что в ходе 16-дневного сражения за Ярославль красными артиллеристами было выпущено 75 000 снарядов, а белыми – 300».

Глава 9

Четыре дня из жизни «сельской крепости»

Если двигаться вниз по Волге, то сразу за Ярославлем она делает резкий излом, а потому к расположенному в том месте селу Диево-Городище проще добраться по суше. Диево-Городище, подобно многим ярославским селам, никогда не жило с земли, здесь промышляли ремеслом, торговлей, опять же кормила Волга. Впрочем, даже на общем фоне это село выделялось до революции своей зажиточностью – на его территории было аж целых шесть (!) чайных, несколько магазинов, множество лавок, лабазов. Были даже собственные колбасная и кондитерская. И именно Диево-Городище стало одной из площадок, на которой в первые дни восстания разыгралась сцена исторической драмы.