Читаем Ярославский мятеж полностью

Некоторые детали этой авантюры можно почерпнуть из показаний Валентины Барковской: «19 числа было созвано заседание штаба, присутствовало человек двадцать; ген. Карпова на этом заседании не было. Были только некоторые штабные и несколько нештабных офицеров, назначенных полковником Перхуровым. Было сделано предложение прорваться и уйти из Ярославля или сдаться в плен Германии. Лейтенант Балк дал честное слово германского офицера, что он действует от имени императора Вильгельма и что все сдавшиеся в плен будут отправлены в германскую миссию в Москву, откуда их, по всей вероятности, отправят или в Берлин, или в оккупированные местности. Вообще гарантировал им полную безопасность, но требовал немедленного вооружения содержащихся в городском театре 1400 человек военнопленных». Сразу же подчеркнем, что решение сдаться в плен германцам было вовсе не единодушным. Многие из офицеров все еще не оставляли надежды вырваться из осажденного города. Однако по итогам боев 20 июля стало ясно, что прорыв невозможен даже на «слабом» которосльном направлении. Присутствовавшая той ночью в штабе повстанцев Барковская свидетельствовала: «Ночью решено было сдаться в плен Германии, а затем нас всех заключили в фойе городского театра. Лейтенант Балк говорил по-русски и гарантировал еще раз полную безопасность. К своим германским солдатам лейтенант Балк обратился с речью на немецком языке и сказал, что они скоро будут отправлены на родину, но возможно, что им придется предварительно выдержать карантин на границе. Жалованье им будет повышено: солдатам до пяти руб., унтер-офицерам до 10 рублей в сутки. В случае открытия военных действий, что возможно каждый час, жалованье с того же часа будет удвоено. В это время, уже утром, лейтенант Балк облачился в полную форму германского офицера, раньше же он ходил всегда в штатском; забрал два штабных автомобиля и поставил во дворе своей квартиры». Кое-кто из современных ярославских журналистов в красках и деталях описывает церемонию сдачи офицеров Северной Добровольческой армии в плен. «Перед театром было построено каре из вооруженных германских военнопленных. В него по очереди входили офицеры белогвардейского штаба, они бросали личное оружие под ноги лейтенанта Балка – и тем самым подтверждали то, что они сдавались в плен Германии. Власть в Ярославле официально переходит в руки Германии». Впрочем, все это больше походит на буйную фантазию. Судите сами: выстраивать каре под ураганным артиллерийским огнем дело красивое, но, мягко говоря, нелепое. Кроме того, ни один достоверный документ не подтверждает, что такая пышная церемония вообще имела место. Тем не менее существует рассказ очевидца о том, что в те дни Балк был облачен в парадную форму: «В начале одиннадцатого часа дня к зданию подошло несколько автомобилей с солдатами, одетыми в германскую форму, и несколько конных, которые заняли всю Варваринскую (ныне Февральскую улицу). С главного входа раздался звонок. Часовой охраны Банка передал мне, что просит впуска немецкий лейтенант. Я просил впустить только его одного. Оказалось, что это был лейтенант Балк. Явился он в полной парадной форме, вплоть до блестящей каски и белых перчаток, сказав, что ввиду того, что Штаб добровольческой армии сдался в плен немецким войскам, то охрану здания берет он на себя».