Читаем Ярко пылая полностью

Элинор все еще не придумала, как хранить воду, поэтому пошла вверх по холму к ручью, где сделала небольшую дамбу со свободными камнями, накрыв их жилетом. Теперь она смогла вычерпать воду из бассейна, сделанного плотиной, и пить ее, не проливая больше на себя. Не то чтобы несколько капель заставили бы выглядеть хуже, чем она выглядела. Ее одежда смотрелась так, словно ее пропитывали в водах Карибского моря, тащили по песку, по холмам и через заросли деревьев, а на колене брюк зияла дыра, она порвала их о пень. Ее жилет был едва узнаваем как таковой.

«Я так благодарна, что не надела платье».

Она сделала один последний глоток, вытерла рот и встала. Поджарить кокос, а потом прогуляться вдоль берега вокруг мыса, чтобы посмотреть, что находится в том направлении.

Пробиваясь сквозь густо растущие деревья, она последовала вдоль обрыва к пляжу. Когда нашла плоские, широкие места, где камни расширялись, то вскочила на них, всматриваясь в горизонт, в поисках того, кто мог видеть ее маяк. На море было пусто, ни единого паруса, и она пыталась убедить себя, что это нормально. Следовало ожидать, что это займет некоторое время, чтобы ее сигнал заметили. Несколько слез и разочарований были непрактичны, потому что она вскоре будет спасена.

Элинор осмотрела остальную часть моря, ее взгляд скользнул по пляжу, и она пошатнулась, увидев, что полуразрушенная лодка, зеленая от краски или водорослей направлялась к берегу. Девушка собиралась спуститься с холма, не обращая внимания на возможность падения и травмы черепа, когда крошечный голос сомнения привлек ее внимание: если поблизости не было корабля на якоре, откуда взялась лодка?

Этого было достаточно, чтобы заставить ее остановиться, затем медленно, незаметно уйти, пока она не доберется до своего убежища. У нее не было причин предполагать, что тот, кто приплыл в лодке, был враждебно настроен, но она была одна и, насколько можно было судить, беззащитна, и имело смысл спокойно посидеть и понаблюдать за новичками, прежде чем показать себя.

Она услышала их до того, как увидела. Девушка не могла их видеть, потому что это означало, что они могли бы заметить ее. Двое мужчин, она догадалась по звуку их шагов, шли вдоль берега, два голоса - один тенор, один баритон - продолжали разговор, она была все еще слишком далеко, чтобы разобрать слова. Элинор крепко держалась за вечнозеленое дерево, чтобы не сползти, не сдвинуться с места или сделать что-нибудь, что могло привлечь внимание.

—... возьму ее сегодня в мою кровать, - это был тенор.

- Так, ничего особенного. Ее ноги раздвигаются для тех, кто заплатит правильную цену, - ответил баритон.

- Мне не отдадут ее, потому что она непростая леди.

- Не делай больше, чем приказали. Не хотел бы, чтобы твою любимую часть укоротили.

- Ты не знаешь, что такое ждать. Здесь следы.

Тишина, за исключение шлепанья шагов по мягкому песку.

- Именно так ветер дул, - ответил баритон. - Никаких следов.

- Ну, нет, их не было бы, если бы Поджигающая ушла ниже уровня отлива. Их бы смыло, - сказал тенор. Он, казалось, занял оборонительную позицию.

- Никогда не доказывай это, пока сам не убедишься. Может быть, это все-таки естественно возникший пожар?

- Дал столько дыма и не сжег больше горстки деревьев? Эванс никогда бы не поверил в это.

- Что ж, я не вижу Поджигающего, и думаю, что тут нет никого, кого можно было бы увидеть, - проворчал баритон раздраженным голосом. - Они же все сумасшедшие, они, возможно, приплыли сюда, подожгли костер.

- Ты идиот, - ответил тенор самодовольным голосом. - Если бы это сделал не Необычный Поджигающий, лес был бы грудой золы.

Элинор обнаружила, что затаила дыхание и медленно выдохнула. Они стояли в пятнадцати футах от нее. Это было чудо, что они еще не слышали, как стучит ее сердце.

Около полуминуты была тишина.

- Ты думаешь, это был Дьюдни? - спросил баритон.

- Ты знаешь, каких-нибудь других Необычных Поджигающих, бегающих вокруг?

- Никого не видел с тех пор, как вошли в Олимпию, похоже, на него набросился сам Бог, и Дьюдни чуть не погиб от ещё одного Необычного.

- Может быть, кто-то другой сделал это. Ублюдок королевского флота.

- Этот корабль пошёл ко дну, со всей командой, - сказал баритон. - Может, это сигнал Дьюдни.

Еще одна пауза.

- Эвансу это не понравится, - заметил тенор.

- Мы не виноваты в этом, мне наплевать, что ему нравится.

- Ты говоришь громкие слова, когда его нет рядом, не так ли?

- Давай вернемся. Я не хочу, без Дьюдни мне будет одиноко.

- И я не хочу. Эванс может отправить Перемещающего или кого-нибудь еще. Уже не сегодня.

- Если бы старина Эванс выделил для этого Ограничивающих, он не отправлял бы нас.

- Не виноват ли Кричтон в том, что его застрелили?

Их шаги отдалялись. Элинор крепко прижалась к дереву, отсчитывая секунды, пока не достигла одной тысячи. Затем выскользнула из-под веток и вовремя вернулась к хребту, чтобы увидеть, как лодка проходит вокруг мыса. Ее руки дрожали. Она села там, где стояла, пока страх не исчез, и не смогла ясно мыслить.