Читаем Ярко пылая полностью

Как только она поняла, на что обращать внимание, то обнаружила множество деревьев хлебного дерева, а затем огромную папайю. Сняла жилет и использовала его для хранения своих припасов. Элинор видела следы животных, когда поняла, что виноградная лоза, накинутая на ветку, была огромной змеей, но она проигнорировала ее и обошла стороной. Быстро привыкнув к мелким существам в подлеске и выяснив, что они больше интересуются не ей, а змеей. Несмотря на это, она оставалась начеку. Следующее животное, с которым она столкнется, могло быть более враждебным.

Дождь начался ближе к вечеру. Элинор прижалась к одному из вечнозеленых растений, ветки которых росли близко к земле, а под ней был толстый мягкий ковер из иголок, которые не кололи ноги, если она была осторожна. Она съела папайю и обдумывала свой следующий шаг. Ей придется зажечь большой костер и надеяться, что кто-то его заметит. Потом она начнет исследовать побережье острова и выяснять, было ли оно заселено. Это была самая вероятная возможность спасения. Элинор задремала под деревьями; утешительный звук дождя шелестел сквозь листья и падал огромными каплями с ветвей.

Когда она проснулась, то начала придумывать, как ей вечером разбить лагерь. Хотя Элинор и была измучена, но нашла себе силы, сберечь припасы и отметить площадь для костра. Девушка чувствовала себя немного виноватой за уничтожение стольких прекрасных деревьев на острове, но других вариантов не было, если она хотела выжить там. Элинор была уверена, что не смогла бы выдержать диету из тропических плодов в течение более чем нескольких недель. Она старалась не зацикливаться на слове “недель”.

Костер горел высоко и выбрасывал в воздух большие облака дыма. Она сидела на сухом песке, который прилипал к ней, и восхищалась красотой огня. Одна ее часть стремилась войти в него и позволить ему течь через нее и сквозь нее. Это наполнило ее радостью, и заставило ее почувствовать себя непобедимой, ибо какая человеческая сила могла погасить огонь, сильный, горячий и свирепый? Ну, кроме нее и этого Необычного Поджигающего противника. Схватка с ним была ужасающей, но девушка радовалась, что ее талант не уступал ему по силе.

Она была недовольна тем, что он пират. Они должны были быть товарищами, друзьями. Элинор вспомнила, что сказал Рамси о различии Необычного и обычного таланта. Он стал ее самым близким другом, и она не могла сообщить ему, что жива. Как было бы чудесно, если бы ее спасли и вернули на «Афину». Даже Даррант не смог бы оправдать предоставление Кроуфорду другого корабля, когда тот был ответственен за уничтожение «Славного», и не было причины, чтобы она больше не служила с Рамси.

Пылающая пальмовая ветвь упала на песок, следом раздался резкий треск и глухие удары, когда за ним последовало несколько кокосовых орехов. Было бы интересно узнать, какой вкус кокоса, когда он был зажарен в духовке. Она потушила ветку и откинулась на песок. Солнце село после того, как деревья горели всего полчаса. Какой сигнал лучше, дым или пламя? Ну, теперь она сделала то и другое.

Через огонь было трудно увидеть звезды, но она хорошо их знала, проводя много времени на палубе «Афины» с Рамси или Стратфордом или Хейсом, рассматривая созвездия. Элинор не предполагала, что будет искать путь домой. Когда она оставит Королевский военно-морской флот, то не станет обосновываться в Лондоне, где недавно установили газовые лампы. Девушка обратила взор от небес на свой костер. Она протянула руку и проследила очертания Малой Медведицы, Дракона, Кассиопеи. Кто-то должен иметь достаточно воображения, чтобы увидеть в простых образах такие фигуры.

Элинор моргнула, и звезды резко изменились. Она вскочила, в ужасе, что найдет лес в огне, но он едва начал распространяться по избранному периметру. Пришло время спать. Кто-то увидит ее маяк и придет за ней. Возможно, теперь, когда у нее было достаточно еды, она могла бы завтра попробовать создать более крупный и дымный маяк.

Элинор потушила огонь и нашла место более удобное для сна на холме возле скал, где упавшие ветви вечнозеленых растений образовали крышу, а место под горой было идеальным для ее припасов. Она втянула ноги, накрылась плотом и заснула.

На следующее утро девушка проснулась поздно и лежала несколько минут, не двигаясь, потому что ей было комфортно, и она знала, что при движении все ее измотанные мышцы будут ныть. Её мочевой пузырь, в конце концов, заставил встать и приступить к выполнению потребностей, к тому времени, когда она закончила, не было смысла ложиться снова.