Читаем Яйцо глака полностью

3. Забери яйцо, оберни его и держи в теплом месте до апрельских ид. Затем ты должен будешь отвезти его в единственное место, где водились глаки, — а именно, на северный Лабрадор.

4. ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ. Хоть сам доктор Нагль с антропологического факультета благополучно скончался, у меня есть основания полагать, что он успел сообщить сыну о моей находке. К тому же я убежден, судя по дрожи в правом ухе доктора Нагля, что старик сходил с ума от тщеславия и представлял себе, как опубликует статью в «Американском исследователе» под названием «Глак Нагля». Тебе известно, что антропологи не останавливаются ни перед чем ради удовлетворения своих амбиций. А об их сыновьях и говорить не приходится. У меня дурные предчувствия, Гарольд. Бойся младшего Нагля.

5. Ввиду реальной угрозы со стороны Наглей, я прошу тебя действовать тайно и осторожно.

Гарольд, мое эрзац-дитя, я понимаю, что просьба моя тебе покажется странной. Поэтому хорошенько подумай, прежде чем браться за исполнение завещания старого дурака. И если ты не чувствуешь в себе сил и желания помочь мне, забудь обо всем.

Возьми в банке мои деньги и промотай их в свое удовольствие. Мои письма отправь в мусорную корзину. Выпей шампузы и спой псалом «Ты все ближе к Богу». Разбей бокал и плыви дальше. Делай, что тебе заблагорассудится.

Гарольд, я уже немало написал, а мне еще предстоит писать «ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ», которое ты вскроешь, только если случится чудо и из яйца вылупится здоровый птенец глака. По телу моему прошла дрожь. Такое ощущение, что я сожрал фунт нутряного сала. Мысли о смерти наполняют меня грустью, всепоглощающей грустью.

Прощай, мой милый Гарольд. И пусть твой покой берегут тени, которые топают по ночам.

От всей души твой,

Дэвид Хикхоф».

Я отложил «ПЕРВОЕ», спрятал подальше «ОКОНЧАТЕЛЬНОЕ», задул свечу и сидел в темноте.

Хикхоф умер в феврале. Видно, этот месяц был слишком короток, чтобы Дэвид в нем уместился.

Тот февраль был холодным, как кубик льда из холодильника. Он напал на Кучку-на-Гудзоне, словно снежный человек. Его холодные глаза морозили душу. Недаром Хикхоф попросил его кремировать: все-таки это — последнее прикосновение огня. Догадаться о том, что вселенная признает существование жизни, можно было только по огонькам спичек, пару, что пробивался сквозь канализационные решетки, и оранжевым огонькам сигарет. Казалось, люди разучились улыбаться.

После недели размышлений на морозе я решил выполнить волю Хикхофа. В те дни я купил махонького, облитого глазурью Хикхофа. Его вылепил и обжег один студент-скульптор на память об учителе. Маленький Хикхоф был похож на настоящего. Он был покрыт оранжевой и бурой глазурью, а размером не превосходил лимон. Я таскал его с собой как талисман. Может, это покажется зловещим. Но именно игрушечный Хикхоф помог мне принять это решение.

В результате я на несколько часов стал обладателем пяти тысяч долларов. В банке и на самом деле был открыт счет на мое имя, а вице-президент банка ожидал моего визита. А раз обнаружился счет, то почему бы не быть и яйцу? И лично господину Наглю! Но в то же время я не мог избавиться от опасений, так как Хикхоф славился чувством юмора, способностью к животному смеху и животом, чтобы вместить весь этот смех.

К тому же из всех людей на Земле он избрал Гарольда Норта.