Ах, матушка! Прошу вас на коленях я,Избавьте от него, избавьте вы меня.Я нравиться ему уж не могу, божуся;Что не люблю его, и в том вам признаюся.Избавьте вы меня, – он мне несносен так!..Но если упросить вас не могу никакИ у себя меня держать вы не хотите,То к тетушке меня, прошу вас, отошлите.Не буду в тягость ей. Я сколько с ней жила,Божуся, лишнею отнюдь ей не была. Встань, дура! и молчи; про тетушку ни слова,Там прежни шашни с ней вы заведете снова.Не льстись, голубушка! Я раз сказала уж,Что Праволов тебе наверно будет муж.А ежели ему ты согрубишь хоть мало,Молись, чтоб моего терпения достало!Да вот все. (услышав и замахнувшись, Анне)
Фекла, Софья, Анна, Кривосудов, Праволов, Бульбулькин, Атуев, Радбын, Паролькин, Хватайко, Кохтин, Наумыч выходят все пьяные.
Ну, стол, уж прямо стол! Всё вместе: сыт и пьян. Нет, что-то повар наш сегодня плоховато… Да празднику кто рад,Тот до света уж пьян. А что? не правда ль, брат? А тот, кто время тратит,Она ж ведь говорит, что дорого заплатит. К тому, что множество червейВ колодах сих давно свободы ждут своей. Он прав: пора пустить их по зелену полю.Ну, прокурор! реши колодничью неволю,Тебе вступиться долг. Изволь, мой друг, изволь!Кто как? Мы наберем, я с вами в рокамболь,Советник в помощь вам. (Указывая на Бульбулькина, который берет карту.)
А кто ж в заповедную?Я банка не мечу. Добро, и вас обдую:Я делаю вам банк. Наумыч! ты мечи, Да, знаешь, пяль глаза и всячески щечи. Сударыня, простите,Вы нашу партию ведь окончать хотите.Я к вам. А за себя, чтоб вас не разлучить,Позвольте моего мне друга посадить. Какую ж нашей мы игре поставим цену? Я по пяти рублей, а меньше николи. Садись, мой друг, но лишь, пожалуй, не соли. Да годовой оклад с нас эдак сбрить изволишьВ три пули, ежели да нам не помирволишь. Не горячись, а то и впрямь как раз бобыль. Я рад бы, но когда пожалует шпадиль,Она не документ, не выбросишь из дела.