Читаем Я умер вчера полностью

Настя решила сделать перерыв и сменить тему. Они поговорили о Стасове и его дочери от первого брака десятилетней Лиле, об Ирочке, которая за четыре месяца после переезда из Петербурга так и не завела себе никакого нового романа, поскольку полностью взяла на себя руководство ремонтом новой квартиры и занималась исключительно этим. Татьяна очень переживала из-за своей родственницы, считая себя единственной виновницей того, что молодая женщина до сих пор не устроена ни в плане работы, ни в плане семейной жизни.

– Ира считает, что может и дальше играть роль нашей домработницы и экономки. Думает, что у нее вся жизнь впереди, она еще все успеет. А какая это жизнь? Кухня да магазины. Света белого не видит. В Питере у нее хоть подружки были, а здесь вообще никого, – удрученно говорила Татьяна.

– Слушай, – внезапно оживилась Настя, – у меня есть для Ирки роскошный жених.

– Кто такой? – подозрительно спросила Татьяна.

Стасов был у нее третьим мужем, и всех троих она нашла в свое время вполне самостоятельно, а к замаскированному под случайное знакомство сватовству относилась настороженно и неодобрительно.

– Наш сотрудник Миша Доценко. Чудесный парень, умница, характер хороший, внешность вполне соответствует. И обожает стройных длинноногих брюнеток.

– Обожает? – переспросила Татьяна. – Ходок, что ли?

– Не ходок, а нормальный молодой человек, обладающий развитым чувством прекрасного. И красиво ухаживать умеет. Нет, серьезно, Таня, они составят отличную пару. И как мне раньше в голову не пришло? Давно надо было их познакомить.

Однако Татьяна не скрывала скепсиса.

– Чего ж он до сих пор не женился, если в нем такой кладезь достоинств? Небось точно такой же кладезь скрытых пороков. Анастасия, перестань устраивать мне мировую славу, а Ирке мужей. Из того, что устраивается специально, никогда ничего путного не получается. Проверено опытом. Значит так, дорогая. Сценарий писать я не буду. На «Лицо без грима» не пойду. И знакомить Иру с твоим коллегой не надо. Вопросы есть?

– Есть, – радостно ответила Настя. – Что ты сейчас пишешь?

– Это имеет отношение к обсуждаемой теме?

– Ни малейшего. Просто интересно. С той темой мы закончили.

– Тогда пошли ужинать. Ирка, по-моему, собиралась пирожки с капустой печь. Судя по доносящимся запахам, она угрозу выполнила.

Настя неохотно поднялась с дивана, на котором сидела, забравшись с ногами и свернувшись калачиком. Она прекрасно относилась к Татьяне, давно дружила с ее мужем Стасовым и искренне симпатизировала хорошенькой веселой домовитой Ирочке, но все равно разговор давался ей с трудом. Ей и приходить сюда не хотелось. И уж тем более вести длинные беседы. И не потому, что семья Стасова ей не нравилась. Просто любое общение причиняло ей невыносимую боль, как при ходьбе причиняет боль нога с натертой мозолью. И если полуторачасовой разговор вполголоса с Татьяной она выдержала стоически, то перспектива слушать звонкий голосок и неумолкающую болтовню Ирочки повергала Настю в ужас. А скоро еще и Стасов придет. Боже мой, да что же это с ней, почему она никак не придет в себя, почему все время хочет закрыться в своей раковине, как улитка, и никого не видеть и не слышать?

Все самые худшие опасения подтвердились. Ирочка без умолку щебетала, но не «в пространство», как это умеют некоторые люди, а настоятельно требуя ответных реплик, так что Насте никак не удавалось выключиться из разговора. Вскоре появился и Стасов, огромный, широкоплечий, зеленоглазый, и Настя совсем скисла. Компания из четырех человек – для нее это явно многовато. Но неожиданно сказанные Ирочкой вскользь слова заставили ее приободриться.

– …никаких условий для нормальной работы. В Питере она хоть по выходным могла книжки писать, а здесь, в Москве вашей, вообще ни минуты продыху нет. Мы так рассчитывали, что Таня к маю закончит новую книгу и получит гонорар, а там еще конца не видно. Если б я знала, что так получится, я бы на ремонт поменьше тратила.

Настя обернулась к Татьяне и спросила тихонько:

– Ты именно поэтому отказываешься заниматься сценарием?

– Конечно. Какой тут сценарий, когда мне книжку надо заканчивать.

– А что, у тебя жесткие сроки?

– Да нет, мне издатели никаких сроков не устанавливают, понимают, что я на службе и собой не распоряжаюсь. Но деньги нужны. За сценарий мне все равно не заплатят столько, сколько за книгу, поэтому если уж у меня будет пара месяцев законного дородового отпуска, так лучше я их использую для работы над книгой.

– Но ведь твои издатели должны быть заинтересованы в том, чтобы по твоим книгам снимали фильм. Популярность-то сразу возрастет, стало быть, они смогут увеличить тиражи и больше заработать на тебе.

– Да толку-то! – почти взорвалась Татьяна. – Что мне с этих тиражей? У меня фиксированный гонорар, который я получаю при сдаче рукописи. И все, ни копейки больше. Чего они там тиражируют – меня не касается.

– А почему так? – удивилась Настя. – Разве ты не можешь поставить вопрос о том, чтобы тебе платили с тиражей? Это же обычная практика.