Читаем Я тебя рисую полностью

      — Так же, как и твой брат, что уже сидит там. И Рам с Архом.— я любезно улыбнулся в ее вытянувшееся от ужаса лицо. — Посмею и сделаю, дорогая. Мне совсем не нужны предатели за спиной. И вся эта милая компания чистокровных трусов все еще жива лишь потому, что пригодятся мне у Стены. А потом… Если смогут - докажут свою преданность на войне, нет — лишатся голов. Ну да не будем сейчас об этом. И кстати, я совсем забыл о тебе, представляешь? — взял со столика сочный фрукт, с удовольствием откусил. — Спасибо, что напомнила. В подземелье, Варлений.

      — Линтар, прошу тебя! Я ведь даже не одета! — на прекрасных глазах заблестели слезы.

      — Так оденься, — равнодушно бросил я, отворачиваясь. — В подземелье нынче холодно.

      Она замолчала. В темном оконном стекле отражалось бледное лицо светлейшей. Ее взгляд скользил по моей спине, и я слышал глухие удары ее сердца.

      — Значит, это правда… то, что о тебе говорят. Дракон…

      — Слухи, как всегда, распространяются быстро.

      — Ты мой муж! И Совет не позволит тебе расторгнуть этот брак!

      Я обернулся.

      — Аярна, мне всегда казалось, что ты не глупа. Теперь я в этом сомневаюсь. Брак уже расторгнут. Его не было изначально, ритуал недействителен, разве ты не понимаешь? А Совет теперь заседает под замком, в удобной изолированной от силы башне. И все еще дышат, потому что нужны мне. Пока. Раз по-хорошему вы все не понимаете, я буду действовать по-другому. Ты тоже мне пригодишься, когда я начну укреплять связи за Стеной, а пока научишься послушанию и покорности. Варлений, убери ее.

      — Линтар, опомнись! Ты сошел с ума! Ты ведь не сделаешь этого, правда? Ты ведь не можешь на самом деле отправить меня в этот темный и сырой склеп? Ты ведь шутишь?

      — Я тебя предупреждал— не становись у меня на дороге. Тебе следовало очень быстро исчезнуть, узнав, что я вернулся. Знаешь, я не стал бы тебя искать. Но ты решила по-другому, — пожал плечами. — А за свои решения надо отвечать.

      — Ненавижу тебя!! — она швырнула в мою сторону тяжелый графин, я посторонился, и по стене потекли остатки вина. — Ты вернулся один, надеюсь, твоя пара сдохла в мучениях, жаль, я этого не увидела!

      Она что-то еще орала, уже не стесняясь в выражениях и пытаясь избежать прикосновения духа. Но уже через миг исчезла из комнаты вместе с ним.

      Я положил фрукт на столик и отошел к окну. Внутри было пусто. Над скалами скользили тени драконов, и красное пламя озаряло синие вершины. Когда-то я хотел стать свободными, как они, а теперь знаю, что и драконы прикованы цепями: у каждого из нас свой ошейник. Скоро я освобожу их. Но стану ли свободным сам?

      Через несколько дней объединенная армия под моим командованием выдвинется к Стене. У меня лишь три артефакта из пяти, но зато есть сила дракона. Магию старейшин я тоже использую, так же как и силу всех четырех правителей. Даже если они этого не хотят. Даже если придется осушить их резерв досуха и убить. Стена падет, и я двинусь в сторону зеленых холмов Идегоррии.

      Усмехнулся, рассматривая Ранххар, уже окрасившийся первыми золотыми лучами нового дня. Я никому не позволю держать меня на цепи. Даже Еве.

      ***

      Перед отъездом из Идегоррии я долго стояла у родового дерева, на котором навечно застыло вырезанное в коре имя отца. Листва тихо шелестела, и, говорят, если долго слушать, можно понять, что шепчут в древесной кроне духи тех, кто ушел за реку Бытия. Но я так и не услышала, к сожалению.

      Подготовкой к свадьбе я совсем не интересовалась, хоть меня и пытались о чем-то постоянно спрашивать многочисленные горничные, швеи, распорядительницы и экономки. Как все девочки, в детстве я мечтала о свадьбе, и представляла себе ее. В моих мечтах на месте жениха обычно стоял кто-то смутный, лишь краткими периодами этот образ воплощался в знакомых лицах. Например, в девять лет мне очень нравился наш молодой садовник, что угощал меня мятными пастилками, а в двенадцать я мечтала о своем дальнем кузене, гостившем в Идегоррии с родителями. Но никогда в своих грезах я не думала, что собственная свадьба оставит меня совершенно равнодушной. Даже белоснежное великолепие свадебного наряда я отметила просто как художник. И тут же сжалась от тоски, рассматривая этот невыносимый белый цвет. Такой чистый, такой прекрасный. Как волна белых волос…

      — Уберите, — прохрипела я непонимающим служанкам. — Уберите его!

      — Но, Ваше Высочество, надо примерить! Подогнать по вашей фигуре…

      — Уберите! — служанки удалились, а я рванула к двери. Кивнула верным стражам, которые снова стояли у дверей моих комнат. Правда, сами комнаты были другие: теперь меня поселили в роскошных покоях напротив Арвиэля. — В сад, — выдохнула я.