В Псалме 118 сказано: «Слово Твое – светильник ноге моей и свет стезе моей». Бог не обещает нам что вооружит нас прожектором, который осветит наш путь так, что мы увидим Его. Он обещает нам светильник, и притом светильник для ног, который не распространяет света далеко. Он освещает только небольшой отрезок пути. Но ведь любое дело начинается с первого шага.

Твой первый шаг – опять найти работу. Я советую тебе посетить пастора Амоса и попросить его чтобы он снова принял тебя на работу. Я тоже напишу ему и спрошу его, может ли он сам лично побеседовать с отцом Сесиль. Но достаточно ли это для тебя?

А затем еще одно: тебе необходимо непременно самому поговорить с Сесиль. Не заботься о встрече. Женщина думает сердцем, а не головой. И в практических вопросах она гораздо изобретательнее мужчины. Ты можешь положиться на Сесиль. Любовь изобретательна.

Б…, 20 августа

Вальтер Т. – Сесиль

… Франсуа опять пишет мне. Он вышел из укрытия. Этого Вы достигли своим хорошим письмом.

Теперь Вам следует подготовиться к встрече. Возможно, что он будет ждать Вас после уроков или перед началом занятий. Подумайте о том, куда Вы могли бы пойти, чтобы спокойно поговорить друг с другом…

Б…, 29 августа

Вальтер Т. – пастору Амосу

Я пишу Вам сегодня относительно обстоятельств жизни и работы Франсуа. Вам известна его история. Я крестил его. Затем он стал учителем, и мне кажется, что в течение трех лет он показал хорошую работу.

Затем он вступил в связь с одной девушкой. Случай этот стал известен учащимся. Доложили и Вам о нем. У меня лично такое впечатление, что это было сделано намеренно. Его уволили с работы и на полгода лишили права участвовать в вечере Господней.

После этого случая я стал усиленно переписываться с ним. Копии некоторых своих писем я предлагаю ныне Вам, чтобы Вы могли создать себе об этой истории определенное представление. Переписка с ним вылилась в серьезный душепопечительный разговор, приведший к покаянию с последующим полным исповеданием. Больше ничего я не могу сказать, так как обязан хранить тайну исповеди. Могу только засвидетельствовать как попечитель его души, что он отнесся весьма серьезно к своему покаянию, что он принял прощение Христово и начал новую жизнь.

Нам следовало бы помочь ему и поддержать его в этот момент. Вы ведь знаете, что искушения сатаны после такого поворота на 180° особенно велики, если этот поворот истинен. Он особенно жестоко нападает на тех, в сердце которых произошел этот крутой поворот. Поэтому именно сейчас, когда он делает первые шаги в новой жизни, нам следует оказать Франсуа истинное братолюбие.

Прежде всего я хотел бы просить Вас, чтобы его допустили уже сейчас к вечере Господней. Насколько мне известно, Новый Завет запрещает участвовать в трапезе Господней только в том случае, если, несмотря на многократные предупреждения, человек продолжает пребывать в публично исповеданных грехах. Я не знаю ни одного случая, когда человека, который раскаялся и исповедал свой грех, подвергали бы церковному наказанию.

Напротив, как попечитель его души я убеждаю Франсуа не отказываться от участия в трапезе Господней. Сейчас, после своего падения, он, может быть, впервые в жизни поймет смысл и значение вечери Господней. Он почувствует, чем она фактически является – общением Иисуса с грешником.

Если мы отстраняем раскаивающегося грешника от участия в вечере, мы можем добиться противоположного – он воспримет вечерю как демонстрацию «праведных», которые своим участием в ней либо доказывают, что они не согрешили, либо, что не были пойманы с поличным.

Когда блудный сын возвратился в дом своего отца после нескольких лет распутной жизни (Лк. 15:11-32), отец не запер его на шесть месяцев в заднюю комнату, чтобы убедиться, истинно ли его раскаяние. Он обнял его, тотчас же принял его как сына и в знак прощения участвовал с ним в трапезе!

Факт, что Иисус ел вместе с грешниками, был для фарисеев и иудеев предметом великого раздражения. Для людей того времени это было равносильно богохульству. Поэтому они и распяли Его. Вот я и задаюсь вопросом, не раздражаемся ли и мы? Не распинаем ли мы снова Иисуса, лишая грешника права участвовать вместе с нами в одной трапезе?

Для Франсуа это большая проблема. Он пишет мне: Христос простил меня, а церковь не прощает. Но разве Христос и Церковь – две разные вещи?

Одновременно я хотел бы спросить Вас, нет ли возможности восстановить Франсуа на своей работе? Это было бы видимым признаком того, что церковь руководствуется не законом, а Евангелием, не наказанием, а прощением.

У меня для этой просьбы есть определенное основание: он познакомился с одной девушкой. Мне кажется, что они действительно любят друг друга и предназначены друг для друга. Но вот возникает проблема вена. Она представляется Франсуа особенно жестокой, так как у него нет семьи, которая могла бы оказать ему поддержку. Вам известны местные отношения. Отец девушки требует очень большую сумму, которая, как полагает Франсуа, явится только первым взносом.