Андрюша крепко держал Нану за руку. Он обязательно хотел, чтобы все встречные, и знакомые и незнакомые, знали, что это именно к нему в гости идет африканская девочка!

Он шагал, гордый и важный, подняв кверху румяное лицо, и рука его в синей варежке не выпускала одетую в красную варежку руку Наны.

— Вот наш дом! — сказал Андрюша.

Закинув голову, он с удовольствием оглядел одиннадцатиэтажный огромный дом, в котором они жили. Пять лет назад Андрюшин папа получил здесь квартиру, и другого дома Андрюша просто не представлял себе, хотя и родился он не здесь. Ему было три года, когда он впервые поднялся на лифте на седьмой этаж, где была их квартира.

— Вот наш дом! — еще раз повторил Андрюша.

А Нана стояла около него, тоже закинув голову, и считала этажи…

— Одиннадцать! — радостно сказал Андрюша. — Одиннадцать этажей! Десять подъездов! Триста тридцать квартир!

Ого! Нана чуть-чуть покачала головой и прищурила глаза… В том городе, где жила Нана, такого большого дома не было ни одного! Триста тридцать квартир! Подумать только! В том городе, где жила Нана, было только четыре семиэтажных дома, и все они принадлежали сеньору Дуарти, известному богачу…

— А у вас только один дом? — тихо спросила Нана Андрюшину маму. Она боялась показаться слишком любопытной. — Или много?

Удивительно! По Андрюшиному виду невозможно было догадаться, что он такой богатый! У него такой большой дом, а он ездит в автобусе. Вот сеньор Дуарти — сразу было видно, что он богач! Он никогда не ходил пешком и, уж конечно, не ездил в автобусе… Он всегда ездил только в новенькой блестящей машине. И дети его ездили даже на пляж на машине… Так всегда и говорили люди: «Вон, смотрите, Дуарти поехал…», «Вон, смотрите, поехала машина Дуарти…» А про тех, кто жил в домах, принадлежавших ему, говорили тоже почтительно: «Он теперь живет в доме у Дуарти. Значит, он получил хорошую работу. Разбогател, видно!» Много людей жило в домах сеньора Дуарти. Но не было там африканцев…

— Много домов… Или один? — Андрюшина мама остановилась от изумления.

И Андрюша остановился, выпустил даже из своей руки руку Наны.

— Мама! Что она хочет сказать? — спросил он. — Я не понимаю!

— Я сначала тоже не поняла, — улыбаясь, сказала Андрюшина мама. — А теперь догадалась. Ты подумала, Нана, что Андрюша назвал этот дом нашим, потому что мы его хозяева? Потому что мы его купили? Так бывает у вас в стране, Нана… А у нас иначе. Мы его хозяева, потому что мы в нем живем. Все триста тридцать семей, которые живут в этом доме, — все его хозяева! Но никто его не покупал и не продавал. Дом выстроили для всех нас. Мы когда-то жили в маленькой комнате, нам было тесно… Когда Андрюше было три года, нашему папе дали здесь квартиру. И так же всем другим людям, которые здесь живут. Дали бесплатно, чтобы нам лучше жилось. И теперь мы все бережем наш дом, следим, чтобы все в нем было в порядке. Видишь, вот эти деревья? Мы сами сажали их вокруг дома. Мы говорим «наш дом», «наш сад», потому что они общие. У нас все хозяева! Мы все хозяева и дома, и сада, и всего в нашей стране. Вот сейчас мы с тобой поднимемся на нашем лифте, позвоним в нашу дверь и откроет нам…

— Наша Таня! — закончил Андрюша, подталкивая Нану в лифт. — Нажимай, Нана, вот на эту белую кнопку!

Нана сняла варежку и осторожно надавила на гладкую кнопку. И поплыли у нее перед глазами закрытые металлические двери… Одна, две, три, четыре, пять, шесть, семь…

— Приехали! — крикнул Андрюша.

Лифт остановился на седьмом этаже. На площадку выходили три двери. На одной из них была прибита дощечка, и на ней было написано: «Н. Н. Пальчиков».

— Вот наша квартира. Звони, Нана! — громко сказал Андрюша, хозяин квартиры, дома, сада, деревьев и всего-всего, что есть в его стране.

Такой же хозяин, как все остальные советские мальчики и девочки, как все их папы и мамы, бабушки и дедушки, братья и сестры… Вот к кому в гости пришла сегодня Нана! И, уж конечно, даже богач сеньор Дуарти не был таким богатым, как этот маленький советский мальчик Андрюша Пальчиков!

Глава XIII. Вопросы и ответы

— Я вижу, у нас сегодня семья увеличилась? — раздался громкий голос, когда ребята, Нана, и Андрюша, и Андрюшина сестра Таня, сидели за столом, уже рассмотрев и рыбок в аквариуме и зеленых попугайчиков в большой клетке.

— Папа! Папа пришел! — Андрюша бросился отцу на шею.

— Подожди, подожди, сынок! Дай-ка я познакомлюсь с нашей новой девочкой!

Андрюшин папа, высокий-высокий, широкоплечий, румяный и такой же голубоглазый, как Андрюша, стоял перед Наной и протягивал ей руку.

— Ну, девочка, давай знакомиться! Столько раз Андрюша про тебя рассказывал! А ты все не приходила! Я Пальчиков-старший. Зовут меня Николай Николаевич.

Нана встала из-за стола. Ее маленькая рука совсем спрягалась в большой руке Андрюшиного отца.

— Меня зовут Нана… Я из Африки! — тихо проговорила она, улыбаясь, глядя в глаза Николая Николаевича.

— Знаю, знаю, что из Африки! Только ведь Африка большая… Еще какая большая! Вот скажи мне, из какой страны ты приехала?.. А то Андрюша никак не мог толком объяснить…