Я пришла в себя. Дрожь пробрала до костей. Не хотелось бы снова стать провидицей, знать, когда окружающие меня люди умрут. И дядя Гена… Как бы ни была велика злость на него, но как жить дальше с таким знанием?

Я не могла больше находиться рядом с дядей Геной, каждый день видеть человека, повинного в смерти бывшей подруги. Поступив в институт на экономический факультет, переехала от тётки в общежитие.

Через год дядя Гена повесился. Хоронили его в закрытом гробу: так захотела тётя Лида. Мне не разрешила взглянуть на него.

– Молодая ты. Кошмары замучают, – коротко сказала она, взглянув на меня сухими бесслёзными глазами. Она не плакала. Со стороны казалось, что она воспринимает всё очень спокойно, только лицо похудело, черты его заострились.

Глава 5

Прошлое

После похорон дяди Гены я переехала обратно к тёте Лиде, но дома находилась редко. Учёба, студенческая жизнь захлестнули меня. Рядом с тёткой было тяжело находиться. Полностью уйдя в себя, она не почти разговаривала, смотрела взглядом, как будто пригвождая к полу. Чувство вины изредка посещало меня. Зная, что всё закончится трагедией, я не предприняла ничего для того, чтобы предотвратить беду. Мало того, как будто желала, чтобы пригрезившееся в сумерках видение сбылось.

Возвращаясь домой часто за полночь, я тихо прокрадывалась в свою комнату. Либо, стараясь производить как можно меньше шума, готовила на кухне еду, требующую минимальных затрат. По утрам, собираясь в институт, видела тётю Лиду сидящей в гостиной в кресле. Казалось, что она сидела всю ночь в одной и той же позе перед выключенным телевизором. По опыту зная, что лучше не влезать в душу человеку в таком состоянии, я пыталась делать вид, что всё идёт своим чередом. Мне после смерти Ксанки хотелось именно этого. Чтобы все окружающие оставили меня в покое. Но то была я…

Тётя Лида очень быстро постарела. Буквально за пару месяцев превратилась в пожилую женщину. Одетая в чёрное, с крючковатым носом и злым морщинистым лицом, напоминала Бабу-ягу из старинных сказок. Еда, которую я готовила по ночам, исчезала к следующему моему приходу, и это успокаивало. Значит, тётя хотя бы ест.

…Я вернулась из института очень рано и застала родственницу сидящей всё в том же кресле, с портретом дяди Гены в руках. Неприятная дрожь пробежала по спине. Накатило томительное и гнетущее ощущение приближающейся беды. Сделав вид, что всё в порядке, попыталась улыбнуться:

– Тёть Лид, ты обедала? Ужасно есть хочется…

– Он приходил, – ответила тётя, глядя тяжёлым сумрачным взором.

– Кто? – От её взгляда захотелось заскулить и спрятаться под стол, как щенку.

– Гена… Кто же ещё? – не сводя с меня глаз, прошипела тётя, обнимая и прижимая к груди его портрет. – Недавно был, до твоего прихода. – Она запрокинула голову и расхохоталась. Колени мои ощутимо задрожали.

– Думаешь, я сошла с ума? – резко оборвав смех, спросила тётя Лида. – Не-е-ет… Гена всё мне рассказал, всё. – Безумная вытянула руку с тонкими пальцами. Указательным упёрлась в меня. Глядя в глаза, она медленно начала подниматься. Ещё ничего не понимая, я осознала, что сейчас произойдёт что-то страшное.

– Это ты его убила. – Тётя с портретом в обнимку стала надвигаться на меня.

– Он же повесился, ты забыла, тёть Лид, – пробормотала я, чувствуя, как в водовороте мыслей начинает кружиться голова. – Дядя Гена записку оставил…

– А знаешь, – вдруг злорадно улыбнулась она, – я раскрою тебе один маленький семейный секрет. Твой отец собирался уйти ко мне. Мы были любовниками. Ни в какие командировки он не ездил, а был со мной! Когда вы попали в аварию, родители везли тебя в санаторий, верно? Чтобы ты не мешала им спокойно развестись… Вова хотел уехать ко мне. Ира, сестричка моя, всё знала к тому времени. Только ей всегда было наплевать на Володю. Самое главное – дочка, а муж – пустое место. Мучила его с самого начала своим безразличием, холодностью. А он такой был… Настоящий мужчина! Когда я узнала, что Вова погиб, сама умерла! Жизнь потеряла смысл… И тебя возненавидела, забирать не хотела… Надо было оставить в детдоме, чтобы ты там сгнила! Почему ты выжила, маленькая тварь, а он покинул меня?! Лучше бы оставила тебя, потому что ты ведьма во плоти! Да только Володька мне приснился. Просил не бросать тебя, умолял вырастить. Потому и забрала… А теперь жалею, ты меня мужа лишила. Может быть, я так Гену не любила, как Володю, но он был хорошим, добрым, понимающим. А ты ведьма! Ведьма! – завизжала умалишённая и изо всей силы швырнула в меня портрет. Увернувшись, я бросилась к двери гостиной, но её заклинило. В панике пытаясь открыть её, оглянулась. Стекло, ударившись о стену, рассыпалось на осколки.

Звон как будто подстегнул безумную. Она хохотала и кидала в меня всем, что попадалось под руку. Я металась по комнате, уворачиваясь то от вазы, то от тяжёлой хрустальной пепельницы, то от стула… Вдруг тётя затихла и остановилась. Тяжело дыша, смотрела через моё плечо, словно там кто-то находился. Я поборола желание оглянуться назад и замерла. Может быть, приступ прошёл?