Читаем i 77717a20ea2cf885 полностью

  Подают десерт: разноцветные шарики домашнего мороженого в шоколадной крошке. Мага возвращается через каких-то десять минут, освежённый, в очередном ослепительно-белом камзоле, с сияющими глазами и настолько ослепительной улыбкой, что кажется, своим обаянием перекроет даже Паладина. Он торжественно демонстрирует абсолютно зажившую ладонь и требует двойной порции сладкого, в качестве компенсации за моральное потрясение. Кажется, спокойствие возвращается на круги своя.

  Журчит беседа, звякают ложечки о фарфор, уже в открытую пересмеиваются девочки... Идиллия. А я сижу, как дракон на боевом взводе, потому что... не нравится мне выражение лица моего Наставника. Оно не суровое, не озабоченное, но былое умиротворение к нему уже не возвращается. Раз так - то и мне расслабляться не след. Несмотря на утренние заверения сэра об "игре на его территории", мне неспокойно.

  После обеда мы выходим на террасу. Широкая мраморная лестница выводит нас прямо к причалу. И лестничные марши, и небольшая пристань обнесены надёжными перилами, и единственное, чего могут опасаться дамы - порывов ветра, могущих сорвать легкомысленную шляпку, и солнечных лучей, норовящих усыпать веснушками белоснежную кожу... Впрочем, последнее сестрицам и племяннице дорогого сэра не грозит, поскольку они, как рыжие от природы и солнцем уже поцелованы. У причала поджидают на волнах две вместительные лодки с высокими бортами, и прислуга уже натаскивает для удобства дам гору подушек и пледов, а Марта в компании со второй горничной тащат целую вязанку кружевных зонтиков. Ну да, солнце жарит вовсю, на небе ни облачка, а возможного теплового удара ещё никто не отменял. Прогулка же нам предстоит явно не пятиминутная, потому что, кроме подушек и прочего горничные заботливо переносят в лодки ещё и несколько корзин для пикника - это после сытного обеда! Впрочем, на свежем воздухе да у воды аппетит разгорается неимоверный, а с учётом того, что до ближайших озёрных островков достаточно далеко, надо думать - проголодаться успеют не только гребцы.

  Мне здесь нравится всё: и лестница, рядом с которой только каскада фонтанов не хватает, как в Петергофе, и бегущие от её площадок дорожки в сад, и чугунное литьё перил, не уступающее по красоте замковым оградам. А сама прогулка по озеру? Это ж такая романтика! Я вспоминаю ренуаровских и моневских дам на широких скамьях под парусом или собирающих кувшинки, разряженных в пух и прах, кокетливо прикрывающихся зонтиками... Это и я сейчас так буду? Вот так же небрежно раскину юбки красивыми складками на скамейке, наклонюсь к темнеющей воде за белоснежной лилией и стану загадочной и изысканной...

  Не нравится мне только чересчур игривое поведение Маги. В таком состоянии он меня пугает больше, нежели в откровенной ярости. В последнем случае хоть знаешь, чего ожидать, а сейчас я теряюсь: какой стороны полетит от него очередной камушек?

  С чего это он так разошёлся? Галантен, сыплет комплиментами, раздаёт улыбки и любезности, заботливо ухаживает за обеими младшенькими... И это тот самый Мага, что у меня на шее пальцы сжимал? И, пока мы в замок ехали, пары слов добрых не молвил? И почти всю дорогу игнорировал меня старательно?

  Что изменилось?

  Ну, увидел меня в красивом платье, но от этого ни моё, ни его прошлое не изменилось, и если были у него ко мне претензии и предубеждения, то в одночасье рассосаться никак не могли. И за столом он особо не...

  Впрочем, поглядывал, поглядывал на меня, даже пытался снова свои тенета закидывать пару раз, и почти сработало, да отвлекли его. А потом мы заговорили о...

  И тут голову словно стискивает железным обручем. Даже глаза заламывает от боли. Я невольно хватаюсь за виски.

  - Иоанна? - слышу встревоженный голос сэра Майкла. Он осторожно отводит мои руки, прикасается тыльной стороной ладони к моему лбу. - Ну-ка посмотрите на меня.

  Я промаргиваюсь, краем глаза замечаю разлетающиеся в стороны синие всполохи. Виктория и Абигайль-старшая озабочено на нас оглядываются. Золотая леди берёт меня под локоть.

  - Майкл, думаю, Иоанне лучше остаться. Скорее всего, ей пока непривычно наше солнце, а ведь вы к тому же всю первую половину дня провели в дороге. Неудивительно, что разыгралась мигрень. Я составлю ей компанию, не беспокойся.

  - Да всё уже прошло, - пытаюсь я возразить, но тщетно.

  - Конечно, дорогая. Майкл снял этот приступ, но провоцировать последующие нам ни к чему. Мы с вами отдохнём в тени, я покажу вам замечательные уголки сада. Идите, друзья мои, а мы с Иоанной будем ждать вас к чаю.

  И сказано это таким тоном...

  ...впрочем, достаточно мягко...

  ...что как и при общении с Васютой, я понимаю - да и сынок, как вижу, тоже понимает - вопрос не обсуждается. Ему остаётся лишь пожать мне руку и просканировать напоследок, дабы убедиться, что оставляет меня в полном здравии. Геля смотрит огорчённо, но я указываю ей глазами на сэра - зато уж ты с ним побудешь и наговоришься за нас двоих! И девочка застенчиво улыбается. "О, Михаэль!" - читаю я в её восторженном взоре.