Его партнерша теряла терпение. Но как она могла предложить себя вот так, безо всякой нежности и ласки? Кевин разозлился, и это спасло его. Он наконец почувствовал возбуждение, но не для того, чтобы любить, а для того, чтобы делать больно. Резким движением он погрузил свой член во влажную плоть Филиппин, издавшей хриплый вздох. Затем грубо схватил ее ягодицы и с силой задвигал ими взад-вперед.

– Да, вот так, – запинаясь, пролепетала она.

Кевин продолжал свою изматывающую работу. Он смотрел прямо перед собой, в сторону линии. В этом длинном металлическом резервуаре, так похожем на заводское оборудование, черви, должно быть, занимались аналогичной деятельностью. Эта мысль показалась ему более чувственной, чем тело Филиппин и ее нескромные крики.

Сжавшись в последнем рывке, он погрузился в нее насколько мог глубоко и надолго. Филиппин затихла, продолжая цепляться за погрузочный шнек. Кевин быстро вынул член; следы их борьбы остались на ягодицах партнерши. Мгновение она стояла неподвижно, приходя в себя, затем, даже не взглянув на Кевина, натянула брюки.

– Ты в порядке? – спросил он.

Он едва удержался, чтоб не добавить: «Стало лучше?», как физиотерапевт или массажист после сеанса.

– Да, – произнесла она небрежно. – Мы снова займемся этим, о'кей?

Это был вопрос, не требующий ответа. Филиппин бодро зашагала к двери.

– Буду держать тебя в курсе насчет L'Oréal!

Кевин уже успел забыть про L'Oréal.

– Мы сделали это, они у нас в кармане! – снова воскликнула Филиппин с торжествующим видом.

Кевин смотрел, как она исчезает на пути к понтону, – рыжая молния, испепеляющая все на своем пути.

<p>IX</p>

С наступлением весны Артур почувствовал прилив сил. Пока стояли холода, он успел разбить огородик размером в сотку, а рядом соорудил теплицу. Этого должно хватить, чтобы прокормить двух взрослых. Излишки, как уже было оговорено с Марией, будут продаваться в «Лантерне». За блогом «О червях и не только» теперь следили почти пятьсот подписчиков, с нетерпением ожидающих момента, когда же почва воскреснет. Артур даже удостоился интервью в интернет-издании Reporterre; заголовок гласил: «Когда агроинженер изобретает… жизнь». Что касается Анны, ее героические усилия также начали приносить плоды, внося черты уюта и оседлости в их походный быт. Недавно она приступила к покраске стен, заодно покрывая пятнами акрила и свой комбинезон. Каждое утро в ожидании всходов Артур пил кофе перед будущим лугом. Первые ростки появились вовремя, и это наполняло его отеческой гордостью.

Однако по прошествии нескольких недель стало ясно, что с тимофеевкой творится что-то неладное. Травинки оставались короткими и редкими. И клевер по-прежнему не всходил, а значит, не мог насытить почву необходимым ей азотом. Артур возлагал большие надежды на выросшее местами неизвестное растение, явно из семейства гречишных. Увы, в середине плотных зеленых пучков показались жесткие бороздчатые стебли, на которых вскоре появились мелкие цветы: это был конский щавель – инвазивный сорняк и кошмар любителей органического земледелия. В АгроПариТех его называли «биоиндикатором», указывающим на то, что почва слишком плотная, с нарушенной циркуляцией воздуха и слабой бактериальной активностью. Артур занялся прополкой, но корни уже окрепли и начали разрастаться. Он мечтал о заросшем высокой травой луге, а получил безобразные проплешины.

– Лютый зверь этот авелук, – сказал Луи, зайдя проведать Артура. – Ты выкапываешь его, а он снова тут как тут.

Артур понял, что «авелук» – это местное название конского щавеля. Само звучание слова не предвещало ничего хорошего. Авелук, многорук, недуг… Луи принес из дома странный инструмент, похожий на перевернутое распятие с двумя стальными, параллельными друг другу зубцами на конце.

– Это вилка для удаления авелука, – объяснил он. – Втыкаешь ее поровнее, как можно глубже, а потом вытягиваешь корневой ком. Только смотри: если срежешь корень и оставишь в земле хоть кусочек, он снова взойдет. Вот так это делается.

Луи принялся извлекать корень и, несмотря на весь свой опыт, преуспел не сразу. Корень был длиной в полруки и выглядел как тощая серая морковка.

– Тебе придется потрудиться, – заметил Луи, оглядывая поле.

Он вручил ему вилку и ушел. Артур так и стоял, безвольно свесив руки. Сначала он сражался с колючими кустами, потом сажал деревья. Неужели ему снова предстоит копать целыми днями?

Ради эксперимента Артур решил снова подсчитать дождевых червей. На этот раз он снимал себя на телефон, собираясь разместить видео в блоге.

– Наступил момент, которого все мы так ждали, – проговорил он на камеру с неестественно широкой улыбкой.

Он разметил квадратный метр земли, залил его смесью воды с горчицей и стал ждать, держа телефон параллельно поверхности.

– В последнее время люмбрициды хорошо питались и начали интенсивно размножаться, – продолжал он.

Из земли поползли дождевые черви.

– Вот они, красавчики, ура!