Читаем Гуль и Навруз полностью

Упрямицы исполнен был приказ.Ковры на крышу вынесли тотчас.Гуль поднялась наверх среди служанок,Как солнце, что выходит спозаранок,И, своевольная, метнула взгляд:Пред ней внизу темнел вечерний сад.Глялит — певца Бульбуля вилит с крыши,Поет он, и звенит печаль двустиший.Навруз, чтобы излить любовь свою,Слова подсказывает соловью...Глаза царевич поднял — и в смятеньеУвидел: стало явью сновиденье!Такой издал он вопль, и вздох, и стон,Что вздрогнули земля и небосклон.Упал он, пленник страсти и печали,А та луна в атласном покрывалеНа крыше глиняной зарылась в прах,Дыхания не стало на устах.Тогда ошеломленные подругиСпустились вниз в отчаянье, в испуге,Внезапной потрясенные бедой,За мускусом, за розовой водой.Обрызгали водой холодной щеки,Гуль задрожала, вздох издав глубокий,Страдалица в себя пришла с трудом,И на руках внесли царевну в дом.

Бульбуль уносит Навруза в шатер

А до утра, недвижный и безгласный,Лежал в чужом саду Навруз несчастный.Бульбуль метался, потрясен бедой,Рыдая, друга оросил водой.К царевичу взывал он до рассвета, —Не услыхал ни вздоха, ни ответа.То, как свеча, он ярко пламенел,То мотылька он избирал удел.Пришел в себя царевич на мгновенье, —Увы, исчезло милое виденье!И юноша закрыл глаза опять,Он, мнилось, перестал уже дышать.Тогда Бульбуль, ценней не зная груза,Поднялся, на себ взвалил Навруза,Унес царевича в его шатер,И день свое сияние простер.

Савсан утешает царевну

Лежала Гуль одна в своем покое,Пылало сердце бедное, больное.Вошла Савсан, сказала ей, скорбя:"Пойми, что убиваешь ты себя!Тебе помогут, Гуль, в твоем стремленьеТерпенье, и терпенье, и терпенье!В тоске зачахнуть злой к чему тебе?Сгореть и стать золой к чему тебе?Скажи своей рабе всего лишь слово —Исполнить все, что скажешь, я готова.Что ни увижу, пусть увижу я!Себя унижу? Пусть унижу я!Пройдет твоя печаль, твоя тревога:Я помогу тебе во имя бога!"

Гуль посылает Савсан к Наврузу

Перейти на страницу:

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока