Читаем Гуль и Навруз полностью

Да будет счастлив наш великий шах,Как счастлив был Навруз в своих делах!Пусть шах последует его примеру,Пусть благо станет другом Искандеру[38].Пусть успокоится его страна,Сиянием добра озарена...Когда слагал я это песнопеньеИ двигало мой сказ воображенье,Сокровищ столько было у меня —А я их собирал, в душе храня, —Что мог бы разбросать их повсеместно —Ущерба не было б казне словесной!Я горд сокровищницею — душой,Сокровищницы не искал чужой.Но было мне от шаха приказанье:"Хочу любви услышать описанье,Излей ты на бумагу переводС той песни, что в душе твоей живет".Без пышности, по — тюркски, в час блаженныйЯ в подлиннике сделал перемены.Надеясь, что когда для знатоковРаскроются сокровища стихов,То эти люди вспомнят о влюбленном,На труд одним лишь благом вдохновленном.Певцов прошу я, чей напев крылат,Что знают голосов могольских лад,Не изменять слова по произволу,Да будут чутки к моему глаголу...Был восемьсот четырнадцатый год[39],Когда восславил я любви приход.Да будет повесть ясная по складуЧитающим и пишущим в усладу.


Перейти на страницу:

Похожие книги

Рубаи
Рубаи

Имя персидского поэта и мыслителя XII века Омара Хайяма хорошо известно каждому. Его четверостишия – рубаи – занимают особое место в сокровищнице мировой культуры. Их цитируют все, кто любит слово: от тамады на пышной свадьбе до умудренного жизнью отшельника-писателя. На протяжении многих столетий рубаи привлекают ценителей прекрасного своей драгоценной словесной огранкой. В безукоризненном четверостишии Хайяма умещается весь жизненный опыт человека: это и веселый спор с Судьбой, и печальные беседы с Вечностью. Хайям сделал жанр рубаи широко известным, довел эту поэтическую форму до совершенства и оставил потомкам вечное послание, проникнутое редкостной свободой духа.

Эмир Эмиров , Омар Хайям , Мехсети Гянджеви , Дмитрий Бекетов

Поэзия / Поэзия Востока / Древневосточная литература / Стихи и поэзия / Древние книги
Арабская поэзия средних веков
Арабская поэзия средних веков

Арабская поэзия средних веков еще мало известна широкому русскому читателю. В его представлении она неизменно ассоциируется с чем-то застывшим, окаменелым — каноничность композиции и образных средств, тематический и жанровый традиционализм, стереотипность… Представление это, однако, справедливо только наполовину. Арабская поэзия средних веков дала миру многих замечательных мастеров, превосходных художников, глубоких и оригинальных мыслителей. Без творчества живших в разные века и в далеких друг от друга краях Абу Нуваса и аль-Мутанабби, Абу-ль-Ала аль-Маарри и Ибн Кузмана история мировой литературы была бы бедней, потеряла бы много ни с чем не сравнимых красок. Она бы была бедней еще и потому, что лишила бы все последующие поколения поэтов своего глубокого и плодотворного влияния. А влияние это прослеживается не только в творчестве арабоязычных или — шире — восточных поэтов; оно ярко сказалось в поэзии европейских народов. В средневековой арабской поэзии история изображалась нередко как цепь жестко связанных звеньев. Воспользовавшись этим традиционным поэтическим образом, можно сказать, что сама арабская поэзия средних веков — необходимое звено в исторической цепи всей человеческой культуры. Золотое звено.Вступительная статья Камиля Яшена.Составление, послесловие и примечания И. Фильштинского.Подстрочные переводы для настоящего тома выполнены Б. Я. Шидфар и И. М. Фильштинским, а также А. Б. Куделиным (стихи Ибн Зайдуна и Ибн Хамдиса) и М. С. Киктевым (стихи аль-Мутанабби).

Ан-Набига Аз-Зубейни , Аль-Газаль , Маджнун , Ибн Шухайд , Ас-Самаваль

Поэзия Востока