То, что казалось забавной ошибкой, стало превращаться в большие неприятности. Кашевар попытался ответить убедительно, то есть сорвался на ультразвук:

— Трое нас было, сам погляди на стол, где пили. Шесть мест. Три нам, три старейшинам. Всё. Не брали мы ничего, врут свидетели. Троим тупо весь лут не унести. После запоя. Нестыковочка.

Пленный немного успокоился. Слова, которые он выкрикнул не задумываясь, оказались солидным, утяжелённым логикой кирпичом в огород теоретических построений этого напыщенного оккупанта.

— Сначала я тоже так думал, боты нередко преувеличивают ущерб от старых хозяев. Но бегающие по улице ощипанные куры. Как? Зачем? После этого отпали все сомнения в вашей невменяемости. Союзнички, блин. С такими друзьями враги не нужны. Увести, Бороду сюда!

Кашевара затащили в маленькую комнатку бывшего запасного склада и прикрутили колодками к стене. Напротив висело тело Покемона, рядом — Тарзана. Тот дождался ухода тюремщиков и тихо спросил, что происходит. Он вошел в игру утром, прочитал сообщение, вышел, очнулся связанным. После разговора прояснилось несколько моментов. Два мужика, прокачанные Покемоном, долго выясняли, кто из них двоих не угодил благодетелю, напряжение, усиленное осознанием исчерпания всех винных запасов, вылилось во всеобщую свалку. Завтра погребение. С курами вышел вообще смех, от пропитанного алкоголем хлеба попадали, нетрезвый Бородас причитаниями «От какого мора вы сдохли» принялся со своей семьёй их щипать. Утром птички проснулись, забегали, боты их называют козинаками. Продолжить разговор не получилось из-за громкого стука, чинили сорванную дверь. Когда шум прекратился, всех троих потащилив общее помещение.

— Ну, что граждане алкоголики — тунеядцы? Всё оказалось даже веселее. Почему вы пользовались обозначениями клана «Папа мира» не состоя в нем? Ваш верховный, — десятник ехидно выделил это слово, — так и сказал, были такие, выгнали давно за излишнюю агрессивность.

Оба теперь уже бывших бойца клана впали в ступор от такой новости.

— Это неудачная шутка.

— Правда? Сейчас соберётся народ и вас в шутку повесят. Позорная казнь как мера высшей социальной защиты э-э-э, короче полный двухкратный посмертный штраф.

— Сколько?

— Ах, да, вы же без покровителя, значит трёхкратный.

Тут Кашевара и Тарзана прорвало. Сначала они угрожали межклановой войной, обещали найти всех присутствующих и спустить на дно воронки. Затем принялись давить на жалость, рассказывать об ужасной ошибке, что всё не так было. Обоих успокоили живительными ударами по разным чувствительным точкам.

Главный игрок выглянул наружу:

— О, вас уже заждались.

Торжественное шествие возглавлял рядовой. Чёрно-сине-белый плащ скрывал его доспехи, голенища начищенных сапог блестели на солнце, в левой руке он держал бумагу, в правой — неимоверно пафосное копьё с листовидным наконечником. Тарзана и Кашевара вёл лично десятник при помощи каната, продетого через колодки. Двое тащили тело Покемона. Виселица была на удивление умело обустроена, под одобрительный гомон толпы оба смертника встали на лавочку, их шеи туго стянула верёвка. Покемона просто прислонили к столбу, представление только начиналось

— Пытки, изнасилование, доведение до самоубийства, — зачитывал список преступлений рядовой. Скорей бы уже смерть! Но нет, после приговора каждый смертник получил странным копьём по голове. После почётный караул отошёл в сторону, дал возможность ботам посоревноваться в меткости. Камни, засохший навоз, каждое удачное попадание вызывало взрыв смеха. Кашевар молчал, смысл говорить? Тарзан проклинал метателей последними словами, пока камень с кулак не встретился с его челюстью.

— Достаточно!

Двое повесили бесчувственного Покемона. Нога в идеально чёрном сапоге встала на скамейку. Толчок. Провал. Темнота.

Глава 37. Эдельвейс. Цитадель ветра, 132 день от основания клана