Некоторые области науки порой вдохновляют поэтов; так случилось и на планете Спиральных Танцоров, где вековые традиции ученых-поэтов привели к возникновению разновидности физики, быстро превратившейся в общепризнанный религиозный культ. Исследуя строение материи, дробя ее на мельчайшие частицы, ученые этой планеты добрались до исходного уровня чистого и прекрасного танца зарождения жизни. То была первородная гармония бесконечно малого, где энергия и материя текут сообща, напоминая жидкость. Сходясь в некотором месте, энергетические потоки приводили к возникновению в этой точке щепоти , иначе говоря, материи. Щепоти объединялись между собой и приводили к возникновению других, б?льших щепотей, или же распадались, отдавая в пространство прежнюю чистую энергию, причем и одно, и другое происходило в соответствии с основополагающим нерушимым повторяющимся спиральным узором. Когда щепоти сходились, образуя предмет, их танец назывался танцем Усиления. В случае противоположном, распада, вновь образуя Ничто, щепоти испоняли танец Ослабления.

Это открытие оформилось в религию Спирального Единства. Если все есть первородная энергия, то между предметами нет никакой разницы. Мыслящее существо и стол суть единый аспект одной и той же силы. Впоследствии этот тезис получил научное подтверждение.

Главным обрядом религии Спирального Единства, подробнейшим образом разработанным благодаря последовательному совершенствованию Теории многими поколениями ученых-поэтов, стал Спиральный Танец. Танец представлял собой череду движений, основанных на первородных ритмах, и предназначался для усовершенствования любым живым существом своего исходного устройства. Исполняя Танец, можно было слиться с окружающей Единственностью.

Виргилий Джонс поднялся на ноги.

Он снял свой старый пиджак. Расстегнул ремень и спустил старые, видавшие виды черные брюки. Скинул старый жилет с золотой часовой цепочкой и рубашку.

В заключение он снял с головы котелок; всю свою одежду и белье он положил аккуратной стопкой на неподвижное тело Взлетающего Орла, там, где все это не могло ему помешать.

Игнорируя протесты ноющих ног, он начал Танец.

Мистер Джонс медленно обошел вокруг тела Взлетающего Орла, выпевая одну строго установленную басовую ноту. При этом он вертелся вокруг собственной оси, через равные интервалы притопывая. Постепенно поднявшееся было в нем головокружение ушло. Через некоторое время он уже не думал о том, что делает. Тело само повело его, заставляя описывать круг за кругом. Еще через некоторое время он полностью отключился от окружающего мира – перестал чувствовать свое тело, видеть свет, слышать звуки; исчезло все, кроме ровного гула, который теперь окутывал его пеленой. Потом стихло и гудение (хотя басовую ноту он еще тянул), и на несколько мгновений Виргилий Джонс повис в абсолютной пустоте. Но уже довольно скоро вокруг него замелькали первые пограничные ряби пространства сознания Взлетающего Орла; мозг Виргилия Джонса постепенно настраивался в тон мыслям его спутника. Если бы вы в этот миг находились в измерении Острова, то, вероятно, заметили бы полупрозрачный туман, окутавший их тела.

Виргилий Джонс спешил на помощь.

Глава 22