Читаем Грешница полностью

— Один из наших ребят из отдела по борьбе с наркотиками. Они тут неподалеку проводили задержание наркоторговцев. Подозреваемый скрылся, и они решили, что он рванул в эту аллею. Бросившись за ним, заметили открытую дверь. Вошли в здание, а тут такой сюрприз. — Он посветил на пол. — В пыли обнаружены следы волочения. Как будто убийца тащил жертву через это помещение. — Он посветил в другой угол кухни. — Тело там. Нам придется пройти через зал.

— Вы уже провели здесь видеосъемку?

— Да. Извели две упаковки батареек, чтобы установить свет. Батарейки кончились. Так что будет темновато.

Маура последовала за Кроу к двери кухни, держа руки по швам, — так она напоминала себе, что нельзя ничего касаться, — как будто у нее могло возникнуть такое желание! Вокруг что-то шелестело, и она представила себе, как полчища насекомых штурмуют стены и потолок. Она могла стоически переносить кровавые зрелища, но мерзкие твари вызывали у нее содрогание.

Войдя в зал, она уловила букет запахов, столь характерных для задворок старых ресторанов: пахло мусором и перекисшим пивом. Но здесь к ним примешивался еще один хорошо знакомый запах, от которого у нее участилось дыхание. В нем была цель ее визита, и он вызывал в ней любопытство вперемешку с ужасом.

— Похоже, здесь был наркопритон, — сказал Кроу, посветив на пол, где Маура увидела старое одеяло и кипу газет. — Кругом полно свечей. Хорошо еще, что они не спалили дом со всем этим хламом. — Фонарик скользнул по кучам упаковок и пустых консервных банок. С вершины кучи на них смотрели два желтых глаза — крыса нагло и бессовестно таращилась, словно приглашая подойти ближе.

Крысы и тараканы. «Что же осталось от трупа, когда кругом столько любителей падали?» — подумала она.

— Нам туда. — Кроу уверенно прокладывал путь среди столов и поваленных стульев. — Держитесь этой стороны. Здесь есть следы, которые мы стараемся сохранить. Кто-то на подошвах разнес кровь. Отпечатки тянутся оттуда.

Детектив вывел Мауру в короткий коридор. Из двери в углу просачивался слабый свет. Там находился мужской туалет.

— Доктор приехала! — крикнул Кроу.

Из-за двери вынырнул еще один луч фонарика, а следом за ним Джерри Слипер, партнер Кроу. Он устало махнул Мауре рукой в перчатке. Слипер был старейшим детективом отдела убийств, и всякий раз при встрече с ним ей казалось, что его плечи еще больше ссутулились. Она задавалась вопросом, не связано ли его уныние с вынужденной необходимостью работать в паре с Кроу. Ни мудрость, ни опыт не могли переплюнуть агрессивность молодости, и Слипер давно уступил бразды правления своему властолюбивому напарнику.

— Зрелище не из приятных, — сказал Слипер. — Радуйтесь хотя бы тому, что сейчас не июль месяц. Даже представить себе не могу, какая была бы вонь, если бы не чертовский холод.

Кроу расхохотался.

— Похоже, кто-то уже готовится переехать во Флориду.

— Послушай, я уже присмотрел для себя прелестный домишко в кондоминиуме. Всего в квартале от берега. Я буду целыми днями расхаживать в плавках. И плевать мне на всех.

«Теплые пляжи, — подумала Маура, — шелковистый песок. Разве кто-нибудь из нас отказался бы от такой перспективы? Променял бы ее на этот темный вонючий коридор?»

— Труп в вашем распоряжении, доктор, — сказал Слипер.

Она подошла к двери. Луч ее фонарика упал на грязные плитки пола, выложенные в черно-белом шахматном порядке. На плитках отпечатались следы подошв и засохшей крови.

— Держитесь ближе к стене, — предупредил Кроу.

Маура вошла в комнату и тут же шарахнулась в сторону — прямо в ногах что-то зашуршало.

— Господи, — прошептала она и нервно рассмеялась.

— Да эти крысы плодятся — позавидовать можно, — сказал Кроу. — К тому же им здесь раздолье.

Под дверью в туалет мелькнул длинный хвост, и она вспомнила старые городские байки о крысах, которые плавают в канализационных трубах и выныривают из унитазов.

Маура медленно обвела лучом фонарика два умывальника с отсутствующими кранами, писсуар, забитый мусором и окурками. Скользнув на пол, луч выхватил из темноты обнаженное тело, лежавшее на боку возле писсуара. Сквозь спутанные черные волосы посверкивали оголенные лицевые кости. И на теле виднелись множественные следы крысиных укусов: грызуны уже пировали на этой груде свежего мяса. Но не жуткое зрелище растерзанной острыми зубами плоти шокировало ее, а крохотный размер тела.

Ребенок?

Маура опустилась на корточки возле трупа. Правая щека жертвы была прижата к полу. Наклонившись ближе, она увидела хорошо сформированные груди — совсем не детские. Перед ней была зрелая женщина, просто миниатюрной комплекции, со стертыми чертами лица. Крысы жадно обглодали левую щеку, изъев кожу и даже носовой хрящ. Кожа, оставшаяся на теле, была очень смуглой. «Латиноамериканка?» — подумала Маура, скользя лучом фонарика по костлявым плечам и шишковатому позвоночнику. Темные, почти багровые наросты были разбросаны по всему телу. Она остановила луч на левом бедре и ягодице и увидела другие повреждения. Злобные хищники растерзали плоть по всему бедру, голени и…

Луч фонарика замер на щиколотке.

— Боже, — выдохнула она.