Читаем Греховный рыцарь полностью

Я только прикурил свой косяк и опустился на диван, чтобы насладится кайфом, когда дверь открывается и к нам присоединяются остальные.

Как только я вижу голову темных волос и светло-голубые глаза, улыбка закручивается на моих губах. Я ничего не могу с собой поделать: одно ее присутствие что-то делает со мной.

— Малышка Си, — кричу я, выпуская дым из губ.

К раздражению брата, я в считанные секунды оказываюсь на ногах и заключаю ее в объятия.

— Убери от нее этот яд, — требует Деймон, толкая меня с такой силой, что я, спотыкаясь, отхожу от его девочки.

— Это всего лишь немного травы. Я не заставляю твою малышку принимать гребаную дозу или что-то в этом роде.

— Ты дышишь этим в лицо Калли, — рычит он, пряча ее за собой, чтобы защитить.

— Все в порядке, Николас, — шепчет она, чтобы слышали только мы трое.

Неважно, сколько раз она называет его настоящим именем, меня это все равно шокирует.

— Ты ведь собираешься выйти на балкон, верно, Алекс? — говорит она, просовывая голову из-за своего телохранителя.

Я не успеваю ответить, потому что к нам присоединяются Маттео, Энцо и Ант, а также единственная одинокая девушка между нами.

— Я обнаружила итальянцев, слоняющихся по коридору. Вы же знаете, что вам всем крупно повезло, что я вас не убила, — поддразнивает Айла.

— Это чертовски маловероятно, Каллис, — насмехаюсь я. — Ты не отличишь один конец пистолета от другого.

Она смотрит на меня смертельным взглядом, но я, как всегда, не обращаю на это внимания.

— Как скажешь, дрянь. Мне нужен алкоголь, если я собираюсь иметь дело с этим придурком, — объявляет она, продевает свою руку через руку Деймона и тащит его и Калли на кухню. Ант быстро следует за ней, явно чувствуя себя здесь как дома и веселясь вместе с нами.

— Значит, это Айла, — говорит Энцо, более чем заинтересованный в ее вздорной заднице.

— Ага. Чертов кошмар.

Он бросает на меня напряженный взгляд, но я не даю ему никаких ответов, которые он ищет.

Вместо этого мы отвлекаемся, когда Тео и Нико подходят к нам с пивом в руках, готовые поприветствовать наших новых гостей.

Греки и итальянцы на одной вечеринке и не пытаются убить друг друга. Кто бы мог подумать?

АЛЕКС

Ради всего святого, — бормочу я, когда одна за другой пары в комнате начинают расходиться.

Я рад за них всех, правда, блядь, рад. Но, ради всего святого, мне надоело это дерьмо.

И ни один из них не позволяет мне присоединиться. Придурки. Не то чтобы я действительно хотел вмешиваться в отношения друзей, но предложение было бы приятным и все такое.

— А, пора начинать оргию, — шутит Айла, наблюдая за тем, как все они погружаются друг в друга.

Ант смеется вместе с ней, но глаза Энцо и Маттео удивленно расширяются.

Теперь для нас это нормальное явление. Думаю, не стоит удивляться, что посторонних это может немного шокировать.

— Так вот почему вы были счастливы, живя здесь? — спрашивает Энцо, пихая Анта локтем в ребра. — Живое порно.

— Не все так радужно, как кажется, — бормочу я, чувствуя, как меня охватывает одиночество.

Когда были только Себ и Стелла, и даже Тео и Эмми, все было весело и интересно. Но один за другим я терял своих парней. И это чертовски хреново.

Если бы я не пригласил их, я бы снова остался один, пока они развлекаются, а меня развлекают только мысли о какой-то рыжей.

Я стараюсь не испытывать горечи по этому поводу. Но в некоторые дни это сложнее, чем в другие.

— Значит, вы двое не собираетесь к ним присоединяться? — спрашивает Маттео, переводя взгляд с меня на Айлу.

Айла вздрагивает, видимо, ей противно, что кто-то хоть на секунду подумал, что между нами что-то может быть.

— Я, блядь, так не думаю, — ворчит Айла, оттопыривая верхнюю губу.

Не желая упускать возможность поиздеваться над ней, я раздвигаю губы без указания мозга.

— Эй, я не помню, чтобы ты говорила это в прошлый раз, когда мы… — Ее рука зажимает мне рот, немедленно затыкая его, а ее глаза опасно сужаются в мою сторону.

В моей груди раздается смех, когда я высовываю язык и облизываю ее ладонь.

Она рычит на меня, но не отпускает мой рот, испугавшись того, что может вырваться из него в следующий момент.

— О, я чувствую здесь какую-то историю, — говорит Энцо, потирая руки. — Расскажи.

Ах, хорошие времена.

Я поднимаю брови на Айлу, в то время как Ант неловко сдвигается за ее спиной.

Я могу поддразнить Айлу, но я не хочу обидеть Анта. Я дал ему обещание, что та ночь останется между нами, и я это имел в виду.

— Я бы не хотела. Я сделала все возможное, чтобы вытравить воспоминания из памяти, — выплевывает Айла, судорожно вытирая ладонь о шорты после того, как я снова лизнул ее.

— Пфф, это была лучшая ночь в твоей жизни, и ты это знаешь, — поддразниваю я.

— В твоих мечтах. — Она уходит, оставляя нас четверых смотреть, как колышется ее попка в нелепо коротких шортах, которые показывают больше, чем скрывают.

— Черт, брат. Она действительно тебя ненавидит, — шутит Энцо.

— Но это не помешало мне попробовать, — говорю я.

Ант закатывает глаза, но в остальном предпочитает не вмешиваться.