— Итак, Иви. Мой сын держал тебя в большом секрете, и я хочу узнать тебя получше.

— Э-э… — заикаюсь я. — На самом деле рассказывать особо нечего.

Джианна улыбается мне, а затем переходит к вопросам, которые, к счастью, не имеют отношения к причине, по которой ее вообще сюда пригласили.

Это войдет в книгу рекордов как самый унизительный способ знакомства со свекровью. Я имею в виду, если только это продлится достаточно долго, чтобы… ух.

Я готова его убить.

* * *

Джианна осталась примерно на час. Она прекрасна. Такая мама, которую я хотела бы иметь в своей жизни. И несмотря на очевидную неловкость, с каждой секундой она нравилась мне все больше. Ее любовь к Алексу была ясна как день в ее глазах. Как и ее недовольство им.

А то, как она назвала его Щенком… Милейшая вещь на свете. Это только подтвердило мои слова, сказанные накануне, о том, что он милый маленький щенок.

Но, убедившись, что я в порядке после моей… процедуры, она поцеловала нас обоих в щеку, сказала, чтобы мы заботились друг о друге и веселились, отчего мне захотелось, чтобы земля поглотила меня целиком.

— Не могу поверить, что ты так со мной поступил, — кричу я, как только Алекс закрывает и запирает за ней дверь.

— Что? Мама не против. Ей все равно.

— Алекс, она… она видела… Господи. Никто не хочет, чтобы их первая встреча с мамой пар… — Я прерываю себя прежде, чем слово срывается с моих губ.

— Мамой парня? — подхватывает он.

— Да. Никто не хочет, чтобы это произошло, когда они голые по пояс и с широко раздвинутыми ногами.

— Лучше убрать все неловкое дерьмо с самого начала. А теперь нам не о чем беспокоиться, — говорит он, обхватывая мои бедра руками и притягивая меня к себе.

Я смотрю ему в глаза, не видя ни капли смущения от того, что его мама откровенно знает, что мы хотим трахаться как кролики по всему этому коттеджу.

— Но она знает, что…

— Моя мама — обычный человек, Иви. Они с папой были молодыми родителями. И хотя я знаю, что она не жалеет об этом, она также понимает, как это тяжело. И она также знает, чем мы занимаемся, когда остаемся одни. Она не наивна.

— Это просто пиздец.

— Добро пожаловать в мой мир, детка. Никогда не бывает скучных дней.

— Я бы хотела согласиться, но это моя вина, что мы вообще здесь. А я-то думала, что у меня самая скучная жизнь в мире.

— Ммм, — стонет Алекс, наклоняя голову и целуя мою шею, заставляя меня дрожать от желания. — Как ты себя чувствуешь?

Честно говоря, я в полном порядке, но после сегодняшнего утра ему не нужно об этом знать.

— Немного болит. Я бы с удовольствием сделала массаж, потом съела бы еще несколько круассанов и огромную порцию шоколадного мороженого.

Он посмеивается, прижимаясь к моей коже.

— К счастью для тебя, я могу сделать все это. И, возможно, еще кое-что, если ты будешь хорошей девочкой.

— Я всегда хорошая девочка, — отвечаю я.

— Хм, ну, я могу вспомнить несколько случаев, когда ты стояла на коленях, будучи очень, очень плохой.

— Наверное, это твое воображение. Я такого не помню, — поддразниваю я.

— Тогда, думаю, нам придется сделать это снова, чтобы напомнить тебе.

Я вскрикиваю, когда он отступает назад и шлепает меня по заднице.

— Иди на улицу и расслабься. Я позабочусь о тебе, Лисичка.

С лукавой улыбкой через плечо я иду к открытым дверям, более чем готовая немного побаловать своего мужчину. Это меньшее из того, что он должен мне за то, что я сделала сегодня.

<p>19</p>

АЛЕКС

Сердце заколотилось в груди, мышцы напряглись, готовые к бою, и тут на мои голые плечи легли теплые руки.

Я бросаю взгляд на кровать, мгновенно узнавая ее нежное прикосновение, и обнаруживаю именно то, чего ожидал. Пустая кровать.

Она вынимает из моего уха один AirPod, а затем склоняется над спинкой дивана, ее горячее дыхание танцует по моей коже, заставляя ее покрываться мурашками.

— Ты вообще спал? — сонно шепчет она мне на ухо. Голос у нее хриплый, и это попадает мне прямо в член.

Несмотря на то что она теперь под защитой, вчера мы не сразу нырнули в постель. Когда мама вернулась после встречи с Иви вчера утром, она рассказала мне о том, что они сделали, и строго-настрого предупредила, чтобы я вел себя хорошо. В этом не было необходимости. Несмотря на тиканье часов, отведенных на то, чтобы сделать ее своей, я все еще не хотел торопить ее.

Поэтому я сделал то, что обещал маме, и заботился о ней так, словно она — самое дорогое, что есть в моей жизни. Что, конечно, так и есть.

Мама увидела это, как только я открыл дверь для нее и Элен вчера утром. Ей даже не нужно было знакомиться с Иви, чтобы понять, что она для меня значит.

— У меня есть пара часов, — простонал я, бросая учебник на колени в пользу нее.

Потянувшись за спину, мне удается схватить ее под мышки и приподнять над спиной.

— Алекс, — визжит она.

— Я скучал по тебе, — пробормотал я, обнимая ее затылок и прижимая ее губы к своим.

Ее язык со вкусом свежей мяты касается моего, и я забываю о том, что скоро наступит экзамен по праву, и погружаюсь в нее всего на несколько минут.

— Как скоро тебе нужно будет уйти? — спрашивает она, глядя на меня большими голодными глазами.