– Вот и хорошо. Вообще, я так себе думаю… – Мужчина заговорщически наклонился. – Потому что знаю, что отец пока хочет тебя держать в резерве. Но так себе думаю, что раз уж ты тут, то нет смысла в том, чтобы ты сидел нога на ногу и ничего не делал.

– Ну, я довольно много делаю. – Натаниэль с трудом сдержал раздражение в голосе.

– Ну да, я понимаю, вид делать надо. Но я говорю о настоящей работе, а не об этой забаве с духами и чародейками. Понимаешь, о чем я, о настоящей, честной работе для нас, для семьи. Потому что, знаешь, мы, все остальные, на износ пашем, а ты тут сидишь отдыхаешь. С этими варварами. Пора и тебе себя проявить.

– Я безусловно сохраню в памяти твой совет.

– Вот и прекрасно. – Старший из Эверсонов громко зевнул. – Вырубает меня. Слушай, ну ты начинай искать Спуриуса, а остальное обговорим утром, ага? Потому что столько всего надо сделать.

– Разумеется. Стражник за дверью проводит тебя в спальню. Я приказал приготовить наши лучшие гостевые покои.

– Великолепно. – Лукас вышел из кабинета, но перед тем как закрыть дверь, обернулся к брату. – Когда это все закончится, скажу отцу, чтобы перевел тебя на Центральные Территории, может быть, даже в сам Терил. Ты уже слишком долго торчишь на краю света, пора тебе снова стать частью семьи.

– Буду ждать с нетерпением.

Двери закрылись, и в помещении настала тишина. Натаниэль спокойно прислушивался к удаляющимся шагам. Потом достал чистый бокал и налил в него вина.

– Можно выходить, – сказал он.

Двери шкафа открылись, и в комнату проскользнул Эдвин. Уселся в только что освобожденное кресло и сделал глоток из бокала.

– Что ты думаешь об этом? – спросил его начальник.

– Я думаю, что в других обстоятельствах мы бы уже разводили костер… и что я очень рад, что я не ты.

– Ты думаешь, что я воздерживаюсь от решения, потому что он мой брат?

– Я думаю, что ты воздерживаешься от решения, потому что это долбаная семья Эверсон. Даже Магнус два раза бы задумался перед объявлением им войны.

– Но не Дункан. – Начальнику Командории нелегко дались эти слова.

– По правде сказать, я уже очень давно о нем не вспоминал.

– Завидую. Я не могу перестать. – Натаниэль задержал свой взгляд на золотом перстне. – Каждый раз, когда я принимаю решение, когда сталкиваюсь с трудной ситуацией, всегда задумываюсь, получилось бы у него лучше?

Бард подлил себе спиртного.

– Честно говоря, не думаю, – сказал он уверенно. – Дункан был моим лучшим другом и превосходным Серым Стражником. Но вдобавок он был фанатиком. Орден был для него наивысшей ценностью. Ты прав, он не поколебался бы выступить против Эверсонов. Более того, уверен, что уже начал бы разжигать для них костры. Но это не значит, что он был бы прав или что ты должен поступить так же. Иногда капля сомнения – это хорошая вещь.

– Не тогда, когда ты должен принять решение, от которого зависит судьба целого региона, а может, даже и континента.

– А я бы сказал, что это наилучший момент для сомнений. И сомневаться надо столько, сколько надо, чтобы принять верное решение.

– То есть?

– Представления не имею, это тебе платят за управление этим борделем, я тут только уборщик. Но, кстати, действительно ли отец тебе устроил это назначение?

– Нет. На самом деле он хотел, чтобы я возглавил Командорию 6 в столице. Это был единственный в жизни раз, когда я пошел против его приказа. Он воспринял это плохо. Сказал, что теперь будет ждать, пока я докажу привязанность к семье. Видимо, поэтому и не посвятил меня в план.

– Вот старичок удивится. Сильно удивится, как пить дать.

Глава 6

Натаниэль выглянул из окна своего кабинета. Внизу очередной кортеж как раз проходил сквозь ворота Командории. Судя по большому количеству штандартов, украшенных солнечными крестами, он принадлежал Вериниусу Набожному.

– Еще князь Ульрик с семьей, и будет комплект, – сказал Эдвин, усаживаясь на обитую бархатом скамью близ Люциуса. – Четырнадцать сильнейших магнатов Границы под одной крышей. Уже имеем четыре драки и одну попытку заколоть стилетом, а ведь еще даже сами переговоры не начались.

– Магнус и Вульф сумеют поддержать порядок, – заверил командор, возвращаясь за свой стол. – У нас тем временем есть проблема посерьезнее. – Он вынул из ящичка письмо. – Сегодня утром прибыл гонец, письмо от Маркуса Странника, хотя мне кажется, что на самом деле его продиктовал король Гракх.

– Дурные вести, – догадался Люциус.

– Судя по всему, боги обернулись против нас. Буквально. Жрецы из какого-то очень важного склавянского храма объявили, что вторжение Драконобоя получило благословение и наверняка закончится великой победой.

– Да, и мы даже знаем, какой конкретно богини благословение, – сказал Монах. – Но я все же думаю, что нам удастся сдержать Антум, пока она не успела реально повлиять на…

– Ее фактическое влияние не имеет тут значения, – прервал Эверсон. – Значение имеет тот факт, что склавяне поверили жрецам. Люди массово записываются в этот набег. Даже Гракху пришлось позволить половине своей армии отправиться на запад, потому что иначе был риск бунта.

– Известно, о каких цифрах идет речь?