Читаем Говорить ли президенту? полностью

Обсуждался законопроект о расформировании НАТО. В Испании и Португалии к власти пришли коммунисты, и в конце восьмидесятых они, как две послушные пешки, вышли из Общего рынка. Вскоре испанцы потребовали убрать со своей территории военные базы. Изгнанный король Хуан Карлос жил в Англии. Страны НАТО были готовы к коммунистическому путчу в Португалии, но когда в Италии в конце концов победил Народный Фронт, стало ясно: все рушится и почва уходит из-под ног. Верное старым испытанным методам папство заперлось за воротами Ватикана, американские католики подняли шум, и Соединенные Штаты были вынуждены отказать новому правительству Италии в финансовой поддержке. В ответ итальянцы закрыли базы НАТО.

Считалось, что крах в Италии рикошетом отозвался на выборах во Франции — пост президента достался Шираку, кандидату от партии де Голля. Голландия и некоторые скандинавские страны не так давно отказались от социализма в его крайних проявлениях. Немцы наслаждались социал-демократией. Запад вступал в последнее десятилетие двадцатого века, и сенатор Пирсон объявил, что единственным союзником Америки в блоке НАТО следует считать Великобританию, где на февральских общих выборах победу одержало правительство тори.

Кеннет Кларк, министр иностранных дел Великобритании, решительно возражал против официального расформирования блока. Подобный шаг разорвет союз между Великобританией и Штатами и свяжет ее обязательствами исключительно со странами Общего рынка, из 15 членов которого семь — коммунистические или прокоммунистические. Сенатор Пирсон стукнул по столу: «Мы должны прислушаться к мнению англичан и серьезно обсудить их точку зрения; не стоит увлекаться сиюминутной стратегической выгодой».

Брукс и Пирсон еще час расспрашивали свидетелей Госдепартамента о политической ситуации в Испании, после чего Марк выскользнул из зала и пошел вниз по коридору анфиладой Комитета внешних сношений. Секретарь сообщил ему, что Лестера Кеннека — штатного директора комитета — в кабинете нет. Марк звонил ему накануне, представившись аспирантом, собирающим материал для диссертации.

— Может, кто-нибудь другой тоже может рассказать мне о деятельности комитета?

— Сейчас узнаю, может, Пол Роу, наш сотрудник, сумеет вам помочь.

Она подняла трубку телефона, и через несколько минут возник тощий очкарик.

— Чем могу вам помочь?

Марк сказал, что хотел бы послушать других сенаторов, в частности сенатора Нанна. Роу терпеливо улыбнулся.

— Это нетрудно. Приходите завтра днем или в четверг на заседание по продаже оружия в Африку. Сенатор Нанн будет здесь, обещаю. Это будет поинтересней Общего рынка. Думаю, заседание проведут закрытое. Но я уверен — если вы поговорите с господином Кеннеком, он вас проведет.

— Большое вам спасибо. Вы, случайно, не знаете, Манн и Пирсон присутствовали на заседании 24 февраля, или в прошлый четверг?

Роу вскинул брови.

— Не знаю. Спросите Кеннека.

Марк поблагодарил его.

— И еще. Вы не могли бы сделать мне пропуск в галерею сената?

Секретарша проштамповала карточку и вписала туда его имя. Марк направился к лифту. «Торговля оружием. Африка, — думал он. — В четверг будет слишком поздно… Проклятье. Откуда мне, собственно, знать, почему кто-то из этих молодчиков хочет убить президента Кейн?

Военная афера, тяжелый случай расизма? Нет, концы не сходятся. Не почему, а кто, — напомнил он себе. Марк едва не налетел на одного из пажей сената — тот бежал по коридору, сжимая какой-то сверток. При конгрессе есть пажеская школа, куда принимают мальчиков и девочек со всех концов страны. Часть дня они учатся, а в свободное от занятий время служат в сенате — на побегушках. Они носят униформу, темно-синюю с белым, и вечно куда-то спешат. Марк остановился как раз вовремя: мальчишка обошел его на повороте, даже не замедлив хода.

На лифте Марк спустился в цокольный этаж и вышел из здания Дирксена на проспект Конституции. Пройдя через территорию Капитолия, он зашел в здание со стороны сената и, нырнув под длинный мраморный лестничный пролет, стал дожидаться общественного лифта.

— Тяжелый день, — предупредил его лифтер. — Полно туристов: пришли послушать, как будут обсуждать закон о владении оружием.

Марк кивнул.

— Наверху большая очередь? — спросил он.

— Да, сэр, думаю, большая.

Пришел лифт, и на уровне галереи дежурный проводил Марка и поставил в хвост очереди из праздных посетителей. Марку не терпелось попасть в зал заседаний.

— Послушайте, — обратился он к одному из дежурных офицеров, — у меня обычный пропуск в галерею, но я аспирант из Йеля и собираю материал. Может быть, вы как-нибудь проведете меня без очереди?

Дежурный сочувственно кивнул.

Через несколько минут Марк сидел в палате. Ему была видна только часть зала заседаний. Сенаторы сидели лицом к председателю за столами, расположенными полукруглыми рядами. Даже когда кто-нибудь держал речь, сенаторы и штатные сотрудники ходили вокруг и вполголоса переговаривались, давая понять, что все действительно важные дебаты ведутся не на трибуне, а именно здесь.