Читаем Гостомысл полностью

Гостомысл

Гостомысл (ум. ок. 860) - легендарный старейшина ильменских словен, с именем которого в некоторых поздних списках летописей связывается сказание о призвании Рюрика. По другим источникам, Гостомыслом, возможно, звали одного из племенных вождей вендов (западных славян), который погиб в 844 году в сражениях против короля Людовика. Александр Майборода предлагает собственную версию тех далеких лет, однако также основанную на ряде письменных источников.804 год. Начало эпохи викингов. Морские разбойники даны вторгаются в земли словен. Словенский князь Буревой вступает в борьбу, но терпит поражение и погибает. После смерти вождя дружина не желает служить его преемнику, юному князю Гостомыслу, и он остается без войска. Но вскоре Гостомыслу удается собрать новую дружину и изгнать врагов из словенской земли.Это первая книга о легендарном князе и старейшине славян...

Александр Дмитриевич Майборода

Историческая проза18+

Александр Майборода

Гостомысл

(Книга первая: Победить или умереть)

Моей супруге Анне посвящается

Предисловие

Чтобы понять излагаемые в повести события, надо иметь в виду следующее: наши предки не были дикими неграмотными людьми, грамотность была для них таким же обычным делом, как и сейчас.

Физическая карта Европы в IX веке своими контурами почти ничем не отличалась от нынешней. Тем не менее реки были полноводнее. Существовало множество рек, о которых ныне можно только догадываться. Так уровень Ладожского озера, называвшегося тогда «Нево-озеро», был на пять—семь метров выше. Почти все пространство занимали непроходимые леса, кишащие диким зверьем, поэтому дорогами служили реки, и на их берегах строились города.

Логично, что в местностях, богатых лесом, города строились из дерева, — и быстрее, и дешевле, и полезнее для здоровья.

Однако деревянные города должны были гореть, и они горели, по некоторым свидетельствам даже по несколько раз в год. Но в связи с пожарами, военными действиями, документы тех лет сгорали. Последующие политические изменения в обществе, особенно насаждение христианства, внесли свою лепту в процесс уничтожения исторической памяти русского народа. Поэтому мы вынуждены свою историю представлять, исходя из иностранных летописей, а также летописей, написанных сотни лет спустя. При этом объективность этих записей стоит под большим вопросом — так как записи производились либо явными врагами русского народа, либо искажались под воздействием тех или иных политических соображений.

Итак — начало IX века.

В результате длительных и ожесточенных войн император франков Карл I Великий создал империю, которая располагалась почти по всей территории Западной Европы, за исключением Испании и части Южной Италии.

Между франкской империей и рекой Одер жили западно-славянские племена: на берегу Балтийского моря обориты, южнее велеты, сорбы, чехи, моравары, авары, хорваты, сербы.

Восточнее реки Одры располагались восточнославянские племена. На севере — самые многочисленные племена: словене и кривичи. Южнее — полочане, дреговичи, радимичи, вятичи, волыняне, древляне, поляне, северяне. Это наши предки. Культура и язык этих племен были почти одинаковы.

С севера соседями славян были карелы и другие племена.

Это были дружественные племена.

С северо-запада на скандинавском полуострове жили дикие племена свеев, урмян и другие народы, которые в силу особенностей природы жили за счет рыболовства, охоты, а также грабежей соседей.

На востоке, на Волге, находилась Волжская Булгария, в которой проживало многонациональное население, основу которого составляли славяне.

На юге, между Волгой и Доном, располагался Хазарский каганат. Еще южнее — мощные государства — Византия и арабский халифат.

Как и сейчас, так и тогда, все хотели расширить границы своих государств или хотя бы зоны влияния, потому что это приносило огромные прибыли за счет взимания дани с зависимых народов, и различного рода сборов с торговых путей.

В связи с этим неудивительно, что Европа была объята войнами всех со всеми.

В заключение пояснения по поводу истоков государственности древнего русского народа.

Судя по преданиям, у славянских племен были свои князья.

Они выполняли функции военных вождей. Однако повседневной жизнью городов и селений управляли избранные народом старшины. Все они признавали главенство словенских князей, платили им дань, и в случае нужды выставляли воинские отряды.

Таким образом, выстраивалась обычное для того времени государство. Отличие славянского государства от других состояло только в большем количестве элементов демократии, что было связано со значительными размерами государства, и затрудненностью связей между его частями.

Таким образом, истоки нашего государства уходят в глубокую древность.

Часть первая

Глава 1

Зима 804 года. Ютландский полуостров.

Ночь. Темнота. Слышно, как где-то невдалеке рассерженным зверем рокочет Северное море. Брызжут холодные струи невидимого дождя. Все вокруг пусто и безжизненно, словно космос, пока им не занялся Создатель.

Но пустота обманчива. Сначала темноту разрывает треск сломанной ветки, затем доносится грубый голос:

— Проклятье, так и глаза можно выколоть!

Ночные тени шевелятся, загорается слабый свет, и в темноте появляются двое людей. У одного в руке факел, с помощью которого он пытается рассмотреть землю под ногами.

В слабом свете факела с трудом можно рассмотреть, что люди закутаны в толстые шерстяные плащи, лишь бесформенными пятнами желтеют лица. Когда порывом ветра распахиваются полы плаща, красными сполохами поблескивает металл на доспехах

Люди остановились и стали вглядываться куда-то в ночь. Впрочем, там виднеется несколько едва заметных трепещущих на ветру огоньков.

— Проклятая темнота, ничего не видно, а там замок конунга Дании, — рычит человек.

— Харальд, верный мой друг, — сейчас темнота наш лучший друг! — высокопарно произносит второй человек.

Перейти на страницу:

Все книги серии Всемирная история в романах

Карл Брюллов
Карл Брюллов

Карл Павлович Брюллов (1799–1852) родился 12 декабря по старому стилю в Санкт-Петербурге, в семье академика, резчика по дереву и гравёра французского происхождения Павла Ивановича Брюлло. С десяти лет Карл занимался живописью в Академии художеств в Петербурге, был учеником известного мастера исторического полотна Андрея Ивановича Иванова. Блестящий студент, Брюллов получил золотую медаль по классу исторической живописи. К 1820 году относится его первая известная работа «Нарцисс», удостоенная в разные годы нескольких серебряных и золотых медалей Академии художеств. А свое главное творение — картину «Последний день Помпеи» — Карл писал более шести лет. Картина была заказана художнику известнейшим меценатом того времени Анатолием Николаевичем Демидовым и впоследствии подарена им императору Николаю Павловичу.Член Миланской и Пармской академий, Академии Святого Луки в Риме, профессор Петербургской и Флорентийской академий художеств, почетный вольный сообщник Парижской академии искусств, Карл Павлович Брюллов вошел в анналы отечественной и мировой культуры как яркий представитель исторической и портретной живописи.

Галина Константиновна Леонтьева , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Проза / Историческая проза / Прочее / Документальное
Шекспир
Шекспир

Имя гениального английского драматурга и поэта Уильяма Шекспира (1564–1616) известно всему миру, а влияние его творчества на развитие европейской культуры вообще и драматургии в частности — несомненно. И все же спустя почти четыре столетия личность Шекспира остается загадкой и для обывателей, и для историков.В новом романе молодой писательницы Виктории Балашовой сделана смелая попытка показать жизнь не великого драматурга, но обычного человека со всеми его страстями, слабостями, увлечениями и, конечно, любовью. Именно она вдохновляла Шекспира на создание его лучших творений. Ведь большую часть своих прекрасных сонетов он посвятил двум самым близким людям — графу Саутгемптону и его супруге Елизавете Верной. А бессмертная трагедия «Гамлет» была написана на смерть единственного сына Шекспира, Хемнета, умершего в детстве.

Виктория Викторовна Балашова

Биографии и Мемуары / Проза / Историческая проза / Документальное

Похожие книги

Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , А Ф Кони

Биографии и Мемуары / Публицистика / История / Проза / Историческая проза
Собор
Собор

Яцек Дукай — яркий и самобытный польский писатель-фантаст, активно работающий со второй половины 90-х годов прошлого века. Автор нескольких успешных романов и сборников рассказов, лауреат нескольких премий.Родился в июле 1974 года в Тарнове. Изучал философию в Ягеллонском университете. Первой прочитанной фантастической книгой стало для него «Расследование» Станислава Лема, вдохновившее на собственные пробы пера. Дукай успешно дебютировал в 16 лет рассказом «Złota Galera», включенным затем в несколько антологий, в том числе в англоязычную «The Dedalus Book of Polish Fantasy».Довольно быстро молодой писатель стал известен из-за сложности своих произведений и серьезных тем, поднимаемых в них. Даже короткие рассказы Дукая содержат порой столько идей, сколько иному автору хватило бы на все его книги. В числе наиболее интересующих его вопросов — технологическая сингулярность, нанотехнологии, виртуальная реальность, инопланетная угроза, будущее религии. Обычно жанр, в котором он работает, характеризуют как твердую научную фантастику, но писатель легко привносит в свои работы элементы мистики или фэнтези. Среди его любимых авторов — австралиец Грег Иган. Также книги Дукая должны понравиться тем, кто читает Дэвида Брина.Рассказы и повести автора разнообразны и изобретательны, посвящены теме виртуальной реальности («Irrehaare»), религиозным вопросам («Ziemia Chrystusa», «In partibus infidelium», «Medjugorje»), политике («Sprawa Rudryka Z.», «Serce Mroku»). Оставаясь оригинальным, Дукай опирается иногда на различные культовые или классические вещи — так например мрачную и пессимистичную киберпанковскую новеллу «Szkoła» сам Дукай описывает как смесь «Бегущего по лезвию бритвы», «Цветов для Элджернона» и «Заводного апельсина». «Serce Mroku» содержит аллюзии на Джозефа Конрада. А «Gotyk» — это вольное продолжение пьесы Юлиуша Словацкого.Дебют Дукая в крупной книжной форме состоялся в 1997 году, когда под одной обложкой вышло две повести (иногда причисляемых к небольшим романам) — «Ксаврас Выжрын» и «Пока ночь». Первая из них получила хорошие рецензии и даже произвела определенную шумиху. Это альтернативная история/военная НФ, касающаяся серьезных философских аспектов войны, и показывающая тонкую грань между терроризмом и борьбой за свободу. Действие книги происходит в мире, где в Советско-польской войне когда-то победил СССР.В романе «Perfekcyjna niedoskonałość» астронавт, вернувшийся через восемь столетий на Землю, застает пост-технологический мир и попадает в межгалактические ловушки и интриги. Еще один роман «Czarne oceany» и повесть «Extensa» — посвящены теме непосредственного развития пост-сингулярного общества.О популярности Яцека Дукая говорит факт, что его последний роман, еще одна лихо закрученная альтернативная история — «Лёд», стал в Польше беспрецедентным издательским успехом 2007 года. Книга была продана тиражом в 7000 экземпляров на протяжении двух недель.Яцек Дукай также является автором многочисленных рецензий (преимущественно в изданиях «Nowa Fantastyka», «SFinks» и «Tygodnik Powszechny») на книги таких авторов как Питер Бигл, Джин Вулф, Тим Пауэрс, Нил Гейман, Чайна Мьевиль, Нил Стивенсон, Клайв Баркер, Грег Иган, Ким Стенли Робинсон, Кэрол Берг, а также польских авторов — Сапковского, Лема, Колодзейчака, Феликса Креса. Писал он и кинорецензии — для издания «Science Fiction». Среди своих любимых фильмов Дукай называет «Донни Дарко», «Вечное сияние чистого разума», «Гаттаку», «Пи» и «Быть Джоном Малковичем».Яцек Дукай 12 раз номинировался на премию Януша Зайделя, и 5 раз становился ее лауреатом — в 2000 году за рассказ «Katedra», компьютерная анимация Томека Багинского по которому была номинирована в 2003 году на Оскар, и за романы — в 2001 году за «Czarne oceany», в 2003 за «Inne pieśni», в 2004 за «Perfekcyjna niedoskonałość», и в 2007 за «Lód».Его произведения переводились на английский, немецкий, чешский, венгерский, русский и другие языки.В настоящее время писатель работает над несколькими крупными произведениями, романами или длинными повестями, в числе которых новые амбициозные и богатые на фантазию тексты «Fabula», «Rekursja», «Stroiciel luster». В числе отложенных или заброшенных проектов объявлявшихся ранее — книги «Baśń», «Interversum», «Afryka», и возможные продолжения романа «Perfekcyjna niedoskonałość».(Неофициальное электронное издание).

Яцек Дукай , Нельсон ДеМилль , Роман Злотников , Горохов Леонидович Александр , Ирина Измайлова

Проза / Историческая проза / Фантастика / Научная Фантастика / Фэнтези