Михал Михалыч лирично посмотрел вслед:

– Пожалеть его, а?

Спустя 1 час и 22 минуты

– Это и есть везунок Клюев! – Аристофан отдал фоту.

– Вот они какие – везунки! – Нафаня взял фоту.

Передача фотографии произошла в обеденном зале ресторана «Садко». Братья-близнецы Андрюшкины на данный момент съели 4 килограмма еды и выпили 2 литра пунша. И теперь беседовали во исполнение наказа Михал Михалыча. Мордовороты – Кибалда и Скальпель, в статусе «подчиненных Нафани» – отошли отлить.

– Вот они какие – везунки! – повторил мафиоза Андрюшкин, бездумно глядя в чью-то харю за соседним столиком. Этот столик являлся одиноким, а харя принадлежала Валерию Клюеву. Он кушал гжельский винегрет и размышлял о том, чем ему за винегрет заплатить. Потом Клюев размыслил о том, где ему взять денег по причине их отсутствия. За сими размышлениями ему некогда и незачем было смотреть куда-либо, кроме своей тарелки. И на кого-либо тоже. Поэтому братьев-близнецов Андрюшкиных он не увидел.

Иногда отсутствие денег может привести к значимому событию в твоей жизни. Только отделять зёрна от плевел – не каждому дано. То бишь, значимое событие может прикинуться или увидеться тебе не значимым, а не значимое – значимым. И ещё грёбанная туча вариантов только по этому событию, не беря в расчет нюансы события и другие события, что могут с тобой произойти или уже произошли – заметно или незаметно для тебя.

Нафаня сопоставил лицо на фоте и лицо за одиноким столиком. И сам себе доказал, что все это – одно лицо. Лицо Валеры Клюева. Нафаня обратился за подтверждением доказательства к Аристофану, который подтвердил. Теперь осталось пленить Клюева и предъявить его бомжу для опознания вместо фотографии. Опознание, правда, формально. Инкассацию Михал Михалыча грохнули дезертиры. Возможно, Клюев не мочил братву на Главной Столичной Помойке. Зато он – стопудово один из дезертиров.

Мафиоза щелкнул пальцами, и из сортира вернулись Кибалда и Скальпель – мордовороты с косой саженью в плечах. Однако прежде вышел спор между пане Милосердием и сударыней Логикой.

– Нафаня! Мне жалко Клюева! Отпусти его!

– Аристофан! Если я не доставлю Клюева к Михал Михалычу – то Михал Михалыч отрежет мне яйцо! А я не хочу потерять яйцо!

– И я не хочу, чтобы ты потерял яйцо!

На этом и порешили.

Спустя 14 секунд

К одинокому столику подгребли Андрюшкины и Скальпель с Кибалдой.

– Твою маму… – Клюев неприлично уставился на братьев-близнецов.

– Приветсон, салага, – пренебрежительно бросил Андрюшкин в армейском мундире.

– Сейчас я отвезу тебя к Михал Михалычу, щенок. И он будет резать тебе яйцо, – беззаботно бросил Андрюшкин в албанском пиджаке.

Клюев вскочил с целью просто дать драпака – без всякого размышления. Мордовороты поймали Клюева на пике вскока и внушительно заломали.

Нафаня и Аристофан, Клюев, Скальпель и Кибалда почти вышли из ресторана, когда дорогу им преградил метрдотель Ханжа.

– Вы не заплатили за 4 килограмма еды и за 2 литра пунша, – изрек Ханжа, глядя на братьев как на говно. – А вы не заплатили за гжельский винегрет. – Метрдотель погрозил Клюеву скалкой.

– Слышь, перец, ты ослеп? Или офонарел? – обомлел от метрдотельской наглости мафиоза Нафаня.

– Как видите, я хожу без очков. Значит, зрение хорошее. А офонарели вы, а не я. У вас ведь на лице фонарь, – учтиво рассмеялся Ханжа.

Мордовороты знали толк в кабацких шутках и искренне заржали. Аристофан глупо улыбнулся – не зная, как реагировать.

– Перец, мы из Мафии! А чувак, сожравший гжельский винегрет – наш пленник!

Кибалда и Скальпель приосанились. Прапорщик Андрюшкин незаметно слинял.

– Пардоньте, не за тех принял! – отбил челом и выкинул скалку метрдотель. – Простите, братва! – поклонился отдельно Скальпелю и Кибалде.

Ханжа боязливо посторонился, уступая дорогу. Мафиоза Андрюшкин гоголем завышагивал дальше, мордовороты с Клюевым за ним.

Спустя 1 час и 20 минут

У Двери в Тайную Комнату – подобно кремлевским курсантам в смысле недвижности – замерли Трюфель и Молоток – мордовороты с косой саженью в плечах. Этикет церемониала, лично разработанный Михал Михалычем, требовал стоять у Двери в Тайную Комнату именно так. А кто стоял по-другому – у того по-другому начинал стоять половой член вследствие отрезанного яйца. Или двух яиц.

– Приветсон, братва! Я достал нужного Михал Михалычу чувака. Дайте его завести в Тайную Комнату.

– В Тайную Комнату сейчас нельзя. Там… – Трюфель нагнулся к шелудивому уху мафиозы Андрюшкина и вдвинул туда шепот.

– Пленник может посидеть пока в Бетонке, – популярно разъяснил Молоток.

Разъяснение не вызвало возражений. И вызвать не могло.

– Кибалда и Скальпель! Идём в Бетонку!

Спустя 20 минут

Бетонка представляла собою квадратную бетонную коробку без окон, обоев, побелки и мебели. Одна-единственная батарея-радиатор излучала хладнокровное тепло. Под потолком – в пяти метрах от пола – электрическая лампочка без абажура и без света.

У дальней стены, спиной к двери, у батареи, спало тело.