Гур опять посмотрел вниз. Города уже не было — он теперь виднелся вдали и напоминал кучу разноцветных кубиков, которые забыли сложить в коробку. Значит, сейчас покажутся Желтые Трубы. Так и есть! Вот они, торчат из земли, как пушки. Пора!

Гур вытащил специально приготовленный острый ножик, дотянулся до туго натянутой веревки и перерезал ее. Какую-то секунду змей еще висел на одном месте, потом начал быстро снижаться. Сначала Гур, все время смотревший вниз, ничего не понял. Перед ним вдруг оказалось небо, потом — опять зеленое поле, но теперь уже гораздо ближе, потом опять небо… И только когда снова он увидел поле и на этот раз уже совсем близко, понял, что змей петит к земле, кувыркаясь. Гур этого никак не ожидал: он думал, что змей будет снижаться медленно, как парашют. А змей летел к земле очень быстро.

Последнее, что услышал Гур, — это треск ломающихся планок змея. Больше он ничего не видел и не слышал.

Глава девятая. Опять про сигнал, про то, что делал Каниус и про то, чего он сделать не мог

Старый Волшебник снова достал из ящика Добера, Пинчертона и Каниуса. Каниус сразу стал шевелить усами, двигать ушами, крутить носом, хлопать глазами, а Нат и Ник — испуганно озираться по сторонам.

— Ага, испугались, — улыбнулся Старый Волшебник, — еще бы!

Теперь уже и без шестого чувства полковник понимал, что в городе происходит необычайное. Понимали это и сыщики. Ведь сигнал, который летел над городом, слышали все; Добер и Пинчертон тоже услышали мощный гудок. Сначала испуганно взвизгнул Ник и посмотрел на Ната. Потом взвизгнул Нат и посмотрел на Ника. А потом они вместе, не сговариваясь, повернули и помчались туда, где находился полковник Каниус…

А Каниус уже отдавал распоряжения.

Всем полицейским и всем солдатам, находившимся в городе, было приказано немедленно окружить площадь, занять все улицы и арестовать всех, кто окажется в эту минуту на площади или на улице. Каниус знал, что солдат и полицейских в городе много, знал, что его приказания будут выполнены немедленно и все-таки очень беспокоился. И не зря: гудок продолжал плыть над городом, заставляя одних прятаться, а других идти туда, где собирались все честные и смелые люди.

А когда Каниус увидел, сколько людей движется к Рабочему Клубу, то он понял, что его солдатам и полицейским с ними не справиться.

Да, вот она, страшная опасность!.. Но Каниус еще не верил, что все потеряно. Он побежал к телефону, чтоб позвонить Главному Министру Государства и попросить его немедленно прислать как можно больше солдат. Но телефон не работал — все телефонисты были на площади; Каниус хотел дать телеграмму Главному Министру Государства, но и телеграф не работал. Не мог полковник послать и самолет к Главному Министру Государства — некому было подготовить самолет к полету. Даже поезда не ходили, потому что машинисты, все до одного, ушли на площадь.

И тогда понял Каниус, что не только не быть ему генералом, но и неизвестно, останется ли он в живых. Дрожащим голосом полковник приказал полицейским, сыщикам и солдатам зарядить ружья, пулеметы, выкатить на улицы пушки и преградить дорогу к Желтым Трубам.

Глава десятая. Про то, куда попал Гур и что он увидел, про золотое сердце и про шум, которой так напугал хозяина Желтых Труб Кин-Хая

Старый Волшебник достал из кармана желтый блестящий кружочек и протянул его Димке. На одной стороне кружочка было что-то нарисовано, на другой — написано. И хоть Димка еще не умел по-настоящему читать, — буквы он уже знал. Но тут на кружочке он увидел совсем другие, незнакомые и непонятные буквы. Да и вообще кружочек был какой-то чудной — вроде бы похожий на монету и в то же время совсем не похожий ни на пятачок, ни на двадцать копеек.

И все-таки это была монета. Монета той страны, где находился город Желтых Труб. И сделана была эта монета из золота.