Читаем Город солнца полностью

Он заехал в гараж, оставив дверь открытой, и почувствовал, как уровень адреналина в крови постепенно снижается. Пол взял с сиденья сотовый и увидел, что ему звонил Бер и кто-то оставил сообщение. Все потом. Открыв багажник и достав мусорный мешок, Пол наклонился, чтобы развязать его, и тут в гараж вошла Кэрол – в пижаме, поверх которой был накинут халат.

– Я услышала звук мотора, – сказала она, с интересом глядя на то, чем он занимается.

– Привет, что случилось? – спросил Пол.

– Может, это ты мне скажешь, что случилось?

Свет фар машины, которая подъехала и остановилась перед гаражом, ослепил их обоих. Из машины выскочил Бер и побежал к ним. Его рука была обмотана полотенцем.

Отдельные события этой ночи сложились в единую картину, пока они втроем разбирали мусор из дома Оскара Ригги. Кэрол большую часть времени молчала. Теперь ей стали понятны отлучки мужа, но она и представить себе не могла, что дело зашло так далеко. Пол опустил от стыда голову, когда Бер ругал его за самодеятельность, а когда сыщик рассказал о нападении возле ресторана, супруги подавленно переглянулись.

– Мы явно наступили ему на больную мозоль, – сказал Пол, имея в виду Ригги.

– Да, наверное, – заметил Бер, – и в ответ он решил наступить на мозоль мне.

Кэрол ужаснулась, когда сыщик закатал рукав, мокрый от растаявшего льда, и показал распухшее предплечье.

Улов из мусорных мешков не впечатлял: старые, тщательно разорванные счета за коммунальные услуги – кабельное телевидение, электричество и воду (счетов за телефон нет); упаковки от продуктов – как свежих, так и замороженных. Еще были журналы: «Спортс иллюстрейтед», «Индианаполис», «Маней» и «Плейбой». Они узнали, что Ригги предпочитает скотч, хороший скотч. Еще они обнаружили в мусоре старые кроссовки и кучу грязных носков. Оказалось, что размер ноги у него сорок четвертый. Были еще пластиковые упаковки и стикеры от CD и DVD. Разбирая мусор, они не забывали следить за улицей – не появится ли какая-нибудь подозрительная машина.

Наконец искать больше стало нечего.

– Думаю, я зря рисковал, – сказал Пол, а Бер хлопнул его по плечу, чтобы подбодрить.

– Уже поздно, – заметила Кэрол. – Сейчас нужно или включать кофеварку, или ложиться спать.

– Домой поедешь? – спросил Пол сыщика.

– Может, я останусь на всякий случай? – предложил Бер.

Супруги дружно кивнули.

– Можете занимать комнату Джейми, – сказала Кэрол.

Бер оценил услышанное. Он откашлялся и ответил:

– Мне бы поближе к входной двери. На диване.

– Хорошо. Я принесу подушку и одеяло. – Кэрол прошла в дом.

Детектив спросил Пола вполголоса:

– Пушка есть?

– Нет, а у тебя?

Кэрол остановилась на полпути, услышав это.

– О Боже!

Бер сказал погромче, чтобы было слышно и ей:

– Это всего лишь предосторожность. Обычно я оружие не ношу.

– Бейсбольная бита Джейми подойдет?

– Вполне.

Мужчины вошли в дом.

Кэрол прислонила биту к ножке дивана и поднялась наверх, в спальню. Бер как раз просматривал номера телефонов в сотовом, когда Пол остановился у лестницы на второй этаж и задал вопрос, который не давал ему покоя весь вечер:

– После того что произошло сегодня… Ты не отступишь?

– Это не в моих правилах, Пол, – ответил Бер.

Ригги не помнил, когда в последний раз так нервничал. Он был уже в вестибюле гостиницы, когда ему позвонили Венк и Гилли. Венк говорил, а Гилли на заднем плане что-то невнятно бормотал из-за сломанной челюсти, а смысл был в том, что все кончилось очень плохо. Ригги не раздумывая сделал резкий левый поворот к стойке администратора и снял номер, распорядившись принести туда из машины сумку с вещами. И попросил сохранить в полной тайне его пребывание в гостинице, ни с кем не соединять его по телефону и не принимать для него сообщений, и чтобы на стойке регистрации никто о нем даже не заикался. Пятидесятидолларовые банкноты гарантировали выполнение всех его пожеланий.

Ночь была длинной и тревожной, совсем непохожей на те, что он проводил в дорогих отелях, с заказом ужина в номер и реками шампанского в компании молодых красавиц.

И когда утренний свет наконец забрезжил между закрытыми почти наглухо шторами, он понял, что не сомкнул глаз ни на минуту. Ригги заставил себя взбодриться, заказал в номер яичницу, тосты и капуччино, а затем он отправился в душ, где двадцать минут, пока не принесли завтрак, стоял то под холодной, то под обжигающе горячей водой. И только присев на край кровати в гостиничном халате, он почувствовал, что успокаивается. В конце концов, он ведь почти не засвечен. Ригги решил пожить в гостинице еще несколько дней и предпринять всего одну вылазку домой за одеждой и другими необходимыми вещами. А еще он решил, что больше не будет зацикливаться на недавних неудачах. Сейчас ему нужно думать только о позитивных вещах, о том, как он все исправит. Ригги позавтракал, оделся, включил телевизор и повесил на ручку двери табличку: «Не беспокоить». Когда вернется, вызовет горничную, чтобы убрала номер в его присутствии. Проверив коридор и убедившись, что никто и ничто ему не угрожает, Ригги вошел в лифт.