Читаем Город солнца полностью

Задира зашел в душевую танцующей походкой, хотя музыка в его голове так и не зазвучала. Он освоил эту походку еще во время первой отсидки. Задира понял тогда, как это важно – демонстрировать уверенность даже тогда, когда ее не чувствуешь. Он прошел мимо двух амбалов, которые уже заканчивали мыться, и направился к крайним кабинкам. Задира слегка напряг мышцы спины и почувствовал, что накачаны они неплохо, но до этих двоих ему далеко, что и неудивительно при весе восемьдесят четыре, ну максимум восемьдесят шесть килограммов. Эти два лба, которые, закрыв воду, уже вытирались, были тяжелее его килограммов на двадцать каждый, что им явно не стоило особых усилий. Тюремные полотенца едва сходились у них на поясах. Задира прислушался к звуку своих шагов по кафельному полу, осознав вдруг, что обманывал себя – мускулатура у него что надо, но ростом он не вышел. К тому же за время бездействия он потерял изрядную долю скорости и стремительности, которые считал своим основным преимуществом. Задира решил, что если ему удастся отсюда выбраться и сесть на диету, он сократит число подходов, увеличит количество повторов, повысит скорость движений и в результате станет жилистым, как азиатский кикбоксер. Хватит уже быть быком, пора стать коброй.

Задира следил вполглаза за парнями, которые, собрав свои вещи, вышли из душевой. Он отрегулировал температуру воды, встал под душ и намылился дешевым тюремным мылом. Он уже смывал мыльную пену, когда вошли они – три огромных мускулистых амбала. Задира услышал звук их шагов, который не заглушила льющаяся вода. Боковым зрением он увидел шлепанцы первого из них совсем рядом, и это было плохим признаком. Задира решил не дергаться и повернулся к ним спиной, чтобы показать, что не боится. Но они не собирались пугать его. Они пришли не для этого.

Первый удар, мокро шлепнувший Задиру по пояснице, застал его врасплох. На секунду он ощутил самодовольную уверенность, потому что удар показался ему легким и безболезненным, и повернулся было, чтобы надрать задницы этим типам. Конечно, драться нагишом было не совсем удобно, но думать об этом было некогда – его охватила ярость. Потом его тело вдруг осознало, что это был вовсе не шлепок. Его чем-то пырнули.

– Черт! – выдохнул Задира, чувствуя, как холодеет почка. Ее как будто заморозили.

Затем на него обрушились удары заточками, как рой разъяренных пчел. Он попробовал отбиваться кулаками, но удары были уже слабыми и цели не достигали. Удары же нападавших каждый раз оставляли ярко-красные кляксы крови на бледной коже Задиры. Ноги его ослабели и превратились в желе. Он даже не упал, а буквально стек на пол, прямо под душ. Нападавшие немного постояли над ним – трое чернокожих, которых он никогда не видел, с пустыми, ничего не выражающими лицами.

– Добро пожаловать в тюрьму штата, амурчик,[22] – сказал один из них сквозь зубы.

Они подставили свои окровавленные заточки под струю воды и, когда они стали чистыми, повернулись и вышли из душа. В глазах у Задиры потемнело. Он уже почти ничего не видел. Прищурился – перед глазами оказался кафельный пол. По нему широким потоком его кровь стекала в сливное отверстие в нескольких сантиметрах от лица.

«А ведь я был не такой, как все», – промелькнуло в голове. Он глубоко вздохнул, и это был его последний вздох.

Они шли по небольшой автостоянке возле «У Донохью», когда услышали стаккато двух одновременно закрываемых автомобильных дверей. Бер посмотрел туда, откуда раздались звуки. Там стояла машина с работающим двигателем и включенными фарами. От нее к ним направлялись двое. «Опять ищейки Помероя», – подумал сыщик. Появление полицейских ему не помеха, беспокоиться тут нечего и уж тем более незачем возвращаться в ресторан.

Двое, верзила и коротышка, ускорили шаги. Шли они молча, в глазах горела жажда крови, и до Бера дошло, что никакие они не полицейские.

– Спрячься за машиной, – бросил он вполголоса Сьюзен и швырнул ей ключи. Только сейчас он разглядел, что в руках у обоих типов куски арматуры.

Впереди враскорячку, как краб, шел толстяк коротышка. В одной руке он держал железяку, другой закрывал подбородок, готовый к атаке. Бера, правда, они тоже врасплох не застали. Он почувствовал азарт, а вместе с ним и выброс адреналина.

Боковой удар ногой, выполненный сильным, хорошо тренированным мужчиной ростом под два метра, – мощный маневр, противодействия которому улица еще не придумала, и коротышка сполна почувствовал это на себе. Бер нанес ему удар прямо в незащищенную середину корпуса. Несмотря на то, что при росте сто семьдесят сантиметров Венк весил почти сто пять килограммов, удар буквально оторвал его от земли. Он тяжело приземлился на пятую точку, громко крякнув от боли, и выражение его лица при этом было совершенно идиотским.