Читаем Город на Ишиме полностью

А между тем внедряемый новый административный порядок в степи, то есть «Устав о Сибирских киргизах», вызвал резкое противодействие среди некоторых ущемленных ханских наследников и крупных феодалов, которые в свою очередь делали все, чтобы восстановить прежний уклад и даже отторгнуть Казахстан от России. Наиболее упорно сопротивлялась самая влиятельная и самая многочисленная в Среднем жузе семья Касымовых из рода хана Аблая (Аблай имел 30 сыновей). Старейшина этой фамилии, Касым Аблайханов, в знак протеста со всеми родичами своими откочевал в пределы Кокандского ханства. Отсюда его сторонники стали совершать набеги на южные волости Акмолинского внешнего округа и разорять казахские аулы, принявшие новую форму управления.

1836–1837 годы выдались тяжелыми. В феврале 1836-го при очередном набеге были разграблены многие аулы Акмолинского внешнего округа. Почти одновременно на кочевников обрушилось страшное бедствие — джут[41]. В округе от бескормицы пало свыше 139 тысяч голов скота. К этому добавлялось бремя притеснений со стороны баев, мулл, биев, старшин, султанов, русских областных и приказных чиновников.

Ханский потомок Кенесары Касымов умело воспользовался обнищанием и недовольством простонародья, в 1837 году спровоцировал и возглавил реакционный феодальный мятеж[42]. 26 мая 1838 года мятежники совершили неудачное нападение на Акмолинский приказ. В его гарнизоне было всего лишь 80 линейных казаков[43]. Они наскоро загородили телегами проходы между казармами, устроили завалы из дров и стали в каре. Обороной руководил войсковой старшина Чириков[44]. Безуспешная осада продолжалась шесть дней. На седьмые сутки, 2 июня, Кенесары отступил, угнав у акмолинцев весь пасшийся в степи скот…

После подавления реакционного феодального движения Кенесары власти сделали для себя кое-какие выводы и в отношении необходимости дальнейшего строительства Акмолинска. В 1839 году приказ был обнесен земляным валом, а в 1840 — создано сомкнутое полевое укрепление из вала и рва, имевшее в плане форму квадрата с пятью бастионами (раскатами). Видимо, авторы проекта наиболее уязвимой считали сторону северо-восточного гласиса. Поэтому центральный северный бастион увенчала приземистая башня. Верх ее был срублен из сосновых бревен, уложенных на саманные стены. В верхней части имелись «прорези» — маленькие бойницы для ружейной стрельбы, а в нижней — одна большая амбразура (печура) для пушки. Площадь, занимаемая укреплением, находилась, приблизительно, в границах современных улиц Комсомольской, Карла Маркса и Красной. Башня стояла на месте теперешних ворот стадиона «Энергия».

В том же 1840 году увеличилась и численность гарнизона — на Кара-Уткуль прибыл 2-й Сибирский линейный батальон.

Обеспокоенная движением Кенесары Касымова царская администрация еще в 1837 году занялась строительством линии сторожевых пикетов между Кокчетавом, Акмолой и вновь заложенной в южном направлении крепостью Актау. Пикеты Барманский (на этом месте расположена современная Максимовка), Карамендинский (Покровка), Джиландинский (Петровка), Чангарский (Новочеркасское), Караобинский (Таволжанка) и т. д. строились через 25–30 верст друг от друга, при каждом из них состояло 9 русских казаков под командой урядника.

Укрепляя свое влияние в приишимской степи, Николай I велел переселить сюда русские семьи и образовать казачьи станицы. Так в 1845 году появилась Акмолинская станица, в 1846 — Атбасарская, а с 1849 года — Акканбурлукская, Щучинская, Зерендинская, Котуркульская, Лобановская, Арыкбалыкская, Сандыктавская и другие.

Для создания Акмолинской станицы с Горькой линии по жеребьевке было переселено 100 казачьих семей. Поселок возник примерно в полуверсте к юго-востоку от крепости па берегу Ишима. Состоял он в основном из деревянных «пятистенников» — двухкомнатных домов: первая комната — прихожая с русской печью, кухней (кутью) и полатями, вторая — горница. Строились также дома типа «глаголь», похожие в плане на букву «г» (глаголь — в церковно-славянском алфавите название буквы «г»). Из-за нехватки стекла первое время рамы в окнах затягивали специально выделанной скотской брюшиной или сухими пленками бычьих пузырей.

Разорения, нанесенные аулам Кенесары Касымовым, были настолько велики, что 30 декабря 1841 года правительство на два года освободило казахов Акмолинского внешнего округа от ясака (подати, собиравшейся в пользу Русского государства), а 20 апреля 1843 года льгота эта была продлена еще на год[45].

После этих событий межродовые набеги и грабежи почти прекратились. Старшие и волостные султаны, ограниченные в правах, не могли уже беспрепятственно творить произвол, подобно прежним ханам. Однако они быстро приспособились к новым условиям. Мошенники и лихоимцы из русских канцелярий помогали им находить другие, не менее жестокие формы эксплуатации трудящихся.