Читаем Город костей полностью

Он протянул ей руку, но женщина не пожала ее, лишь подержала секунду, а потом дотронулась до протянутой руки Эдгара. Из свидетельства о рождении Шейлы Босх знал, что хозяйке пятьдесят шесть лет. Но выглядела она лет на десять моложе, ее загорелое лицо без единой морщинки говорило о чудесах современной медицинской науки.

— Прошу вас, присаживайтесь, — промолвила она. — Знаете, меня смущает эта машина перед моим домом. Очевидно, осмотрительность не принадлежит к числу достоинств лос-анджелесских полицейских.

Босх улыбнулся:

— Миссис Уотерс, нас она тоже несколько смущает, однако начальство велело нам ехать в ней. Так что выбора у нас не было.

— В чем цель вашего визита? Охранник сообщил, что у вас есть распоряжение суда. Можно взглянуть на него?

Босх сел на кушетку напротив нее, их разделял журнальный столик с золотой инкрустацией.

— Наверное, он неправильно меня понял. Я сказал, что мы получим распоряжение, если вы откажетесь увидеться с нами.

— Убеждена, что неправильно, — произнесла хозяйка, давая понять, что совершенно не верит Босху. — Зачем вы хотели меня видеть?

— Нам нужно расспросить вас о вашем муже.

— Мой муж скончался пять лет назад. К тому же он редко бывал в Лос-Анджелесе. Чем он только мог...

— О вашем первом муже, миссис Уотерс, Самьюэле Делакруа. И о ваших детях.

Босх заметил, что в ее глазах появилась настороженность.

— Я... я не видела их и не разговаривала с ними много лет. Почти тридцать.

— То есть с тех пор, как вышли за лекарством для мальчика и забыли вернуться? — уточнил Эдгар.

Женщина взглянула на него так, словно он ударил ее. Босх надеялся, что напарник будет действовать тактичнее.

— Кто вам это сказал?

— Миссис Уотерс, — обратился к ней Босх, — сначала я задам свои вопросы, а потом мы перейдем к вашим.

— Я ничего не понимаю. Как вы нашли меня? Что вам нужно? Почему приехали?

От волнения ее голос с каждым вопросом становился все громче. Жизнь, которую она отвергла тридцать лет назад, неожиданно вторглась в старательно упорядоченную нынешнюю.

— Мы из группы расследования убийств, мэм. Работаем над делом, к которому, возможно, причастен ваш муж. Нам...

— Он не мой муж. Я развелась с ним по меньшей мере двадцать пять лет назад. Это безумие — приезжать и спрашивать о человеке, которого я больше не знаю и не знала даже, что он жив. Думаю, вам следует уехать. Прошу вас — уезжайте.

Она встала и протянула руку в ту сторону, с которой они вошли.

Босх взглянул на Эдгара, потом снова на женщину. От гнева загар на ее изящном лице стал неровным. Появились пятна, свидетельствующие о пластической операции.

— Миссис Уотерс, сядьте, — строго сказал Босх. — Постарайтесь, пожалуйста, успокоиться.

— Успокоиться? Вы знаете, кто я? Мой муж выстроил этот район. Дома, поле для гольфа, все прочее. Вы не вправе являться сюда подобным образом. Я могу снять телефонную трубку, и начальник полиции будет на связи через две...

— Леди, ваш сын мертв, — отрывисто произнес Эдгар. — Тот самый, которого вы оставили тридцать лет назад. Так что сядьте и позвольте нам задать наши вопросы.

Хозяйка рухнула на кушетку словно подкошенная. Ее рот открылся и закрылся. Она уже не смотрела на посетителей, взгляд был обращен к какому-то далекому воспоминанию.

— Артур...

— Совершенно верно, — сказал Эдгар. — Хорошо, что хотя бы помните имя.

Детективы несколько секунд молча смотрели на нее. Годы и расстояние не уничтожили память о детях. Это известие причинило ей боль. Острую боль. Босх видел такое и раньше. Прошлое имело манеру вырываться из-под земли. Прямо под ногами человека.

Босх достал из кармана записную книжку и раскрыл на чистой странице. Написал: «Не кипятись» — и протянул ее Эдгару.

— Джерри, может, будешь записывать? Думаю, миссис Уотерс готова сотрудничать с нами.

Его голос вывел Кристин Уотерс из задумчивости.

— Что произошло? Это... его Сэм? — спросила она.

— Мы не знаем, потому и приехали. Артур погиб давно. Останки обнаружили на прошлой неделе.

Женщина медленно поднесла ко рту сжатую в кулак руку и стала легонько постукивать ею по губам.

— Как давно?

— Он пролежал в земле двадцать лет. Опознать его помогла ваша дочь, позвонив нам.

— Шейла.

Казалось, она не произносила это имя так долго, что теперь проверяла, получится ли у нее.

— Миссис Уотерс, Артур исчез в восьмидесятом году. Вы знали об этом?

Она покачала головой:

— Меня там не было. Я уехала почти за десять лет до того.

— И не поддерживали с семьей никакой связи?

— Я думала... — Кристин Уотерс не договорила.

Босх ждал.

— Я не могла забрать их с собой. Была молодая и не сумела справиться... с такой ответственностью. Я сбежала, признаюсь. Сбежала. Думала, для них будет лучше не получать от меня вестей, даже ничего обо мне не знать.

Босх кивнул, давая понять, что понимает и одобряет тот образ ее мыслей. Не важно было, что не одобрял. Не важно было, что его мать тоже оказалась с ребенком на руках в раннем возрасте, в трудных обстоятельствах, но любила его и защищала с пылкостью, которая вдохновляла его всю жизнь.

— Вы написали им письма перед уходом? Я имею в виду — детям.

— Кто вам сказал?