Читаем Город Эмбер: Побег полностью

— Подожди, это еще не все. Помнишь, мне почудилось что–то знакомое в том человеке, который вышел из двери? Я вспомнила что. Походка! Он будто ныряет на ходу из стороны в сторону, и еще я узнала его волосы, черные, нечесаные и торчащие во все стороны. Я видела этого человека дважды. Не знаю, почему я его тогда сразу не узнала. Может, потому, что до этого я его видела только спереди.

Я доставляла его сообщение в свой первый рабочий день.

— Так кто же это? Кто это такой?! — Дун даже подпрыгнул от нетерпения.

— Это Лупер. Лупер, который работает на складах. Парень Лиззи. Дун, — Лина наклонилась вперед, — он передал мне послание для мэра. И в послании говорилось: «Доставка в восемь».

— Значит…

— Значит, это он таскает для мэра разные вещи из хранилищ. А часть краденого дарит Лиззи, а еще что–то продает в своем магазине.

— Ах ты! — вскричал Дун, хлопнув себя ладонью по лбу. — Как же я раньше не догадался! Там же есть люк в своде, в этом триста пятьдесят первом! Он ведет наверх, прямо в хранилища! Через него–то и лазит Лупер! Помнишь, что мы слышали в тот день? Сначала скрежет — это открылся люк. Потом глухой стук — это он бросил в люк мешок с добром. А потом такой звук, будто кто–то спрыгнул откуда–то сверху и тяжело приземлился.

— И потом пошел медленно–медленно…

— Потому что он тащил тяжелый мешок!

— А обратно шел быстро, потому что оставил все у мэра. — Лина перевела дух. Ее сердце колотилось, а руки были холодны как лед. — Нам надо придумать, как поступить, — сказала она. — Если бы вором был кто–нибудь другой, надо было бы немедленно рассказать все мэру…

— Но мэр как раз и есть преступник, — с горечью закончил Дун.

— Тогда, мне кажется, надо сообщить стражам, — сказала Лина. — По старшинству они следующие за мэром. Хотя я не очень–то их люблю, — добавила она, вспомнив, как ее грубо волокли по лестнице с крыши ратуши. — Особенно старшего стража.

— Ты права, — согласился Дун. — Мы должны рассказать стражам. Они спустятся в Трубы и убедятся, что мы говорим правду. Мэра арестуют, а весь товар вернут обратно на склады. А уже потом они смогут рассказать всему городу, что произошло.

— Отличная идея, — подхватила Лина. — А мы тем временем можем заняться более важными вещами.

— Какими?

— Разобраться с «Правилами». Теперь, когда мы знаем, что нашли не ту дверь, мы просто обязаны найти нужную.

— Ох, не знаю, — скептически вздохнул Дун. — Мы, может, насочиняли себе неизвестно что насчет этих «Правил». А что, если там речь всего лишь о какой–нибудь кладовке для инструментов? — Он издевательски протянул: — «Правила для Эванса»! А кто он такой, этот Эванс? Может, так звали какого–нибудь работягу в Управлении трубопроводов, настолько тупого, что для него пришлось составить специальные правила, чтобы он не потерялся в туннелях? Почему нет? — Он покачал головой: — Не знаю, не знаю. По–моему, эти инструкции просто бред сивой кобылы.

— Бред сивой кобылы? Это еще что такое?

— Это значит «бессмыслица». Старинное выражение. Вычитал его в одной книжке в библиотеке.

— Но они не могут быть бессмыслицей! Зачем же тогда надо было прятать их в такой красивый ящик? Да еще с таким хитроумным замком?

Но Дун не был расположен прямо сейчас ломать над этим голову.

— Завтра разберемся, — сказал он. — А сейчас пошли найдем стражей.

— Погоди, — сказала Лина, хватая его за рукав куртки, — я хочу еще кое–что тебе сказать.

— Что?

— У меня бабушка умерла.

— О! — Дун изменился в лице. — Как это грустно! — сказал он. — Мне так жаль!

Его искреннее участие настолько тронуло Лину, что из глаз у нее брызнули слезы. Дун мгновение колебался, а потом шагнул вперед и крепко обнял ее, так крепко, что она даже закашлялась, а потом засмеялась. В этот миг она поняла, что Дун, этот тощий черноглазый Дун со своим ужасным характером, со своей жуткой курткой, со своим добрым сердцем, — сейчас самый близкий ей человек. Ее лучший друг.

— Спасибо, — сказала она и улыбнулась ему. — Пошли и поговорим со стражами.

Они пересекли площадь и поднялись по ступеням ратуши. В вестибюле за столом дремал младший страж Бартон Сноуд, с которым Лина познакомилась еще во время своего первого визита сюда. Он опять что–то жевал, и его челюсть мерно двигалась из стороны в сторону.

— Страж, — обратился к нему Дун, — нам надо поговорить с вами.

Охранник медленно поднял глаза.

— Пожалуйста, — сказал он, — слушаю вас.

— С глазу на глаз, — добавила Лина.

Лицо младшего стража выразило недоумение. Он внимательно оглядел вестибюль, и его маленькие глазки так и впились в Лину.

— Так тут вроде и выходит с глазу на глаз, — медленно произнес он. — Тут же никого нет, кроме меня.

— А вдруг кто–нибудь войдет? — спросил Дун. — То, что мы хотим вам рассказать, — это тайна. И чрезвычайно важная.

— Важная тайна? — оживился охранник.

Он кряхтя поднялся со своего стула и отошел с ними к небольшой нише в боковой стене вестибюля.

— Ну, так в чем дело? — спросил он.

Они рассказали ему все. И пока они говорили, перебивая друг друга, стараясь не упустить ни одной детали, брови охранника ползли все выше и выше.