Читаем Город полностью

Он медленно брел по пыльной тропинке. Всего несколько лет назад тут была оживленная улица, а теперь? Улица призраков, сказал он себе, маленьких неуловимых призраков, шелестящих в ночи. Призраки резвящихся детей, призраки опрокинутых тележек и трехколесных велосипедов. Призраки судачащих домохозяек. Призраки приветственных возгласов. Призраки пылающих каминов и коптящих в зимнюю ночь дымоходов…

Облачка пыли вились вокруг его башмаков и белили отворот брюк.

Вот и дом старины Адамса, на той стороне. Как Адамс им гордился! Широченные окна, облицовка из серого дикого камня… Теперь камень зеленый от ползучего мха, разбитые окна – словно ощеренные пасти. Бурьян заполонил лужайку, забрался на крыльцо; высокий вяз уперся ветвями во фронтон. Грэмп еще помнил тот день, когда Адамс посадил его.

Он остановился посреди заросшей улицы – ноги по щиколотку в пыли, руки сжимают трость, глаза плотно закрыты…

Через дымку лет донеслись до него крики играющих детей, тявканье ворчливой дворняжки с соседнего двора, где жили Конрады. А вот и Адамс, голый по пояс, орудует лопатой – яму готовит, и рядом лежит на траве деревце, корни мешковиной обернуты.

Май 1946 года. Сорок четыре года назад. Они с Адамсом только что вернулись домой с войны…

Звук шагов, приглушенных пылью, заставил Грэмпа испуганно открыть глаза.

Перед ним стоял молодой мужчина лет тридцати или около того.

– Доброе утро, – поздоровался Грэмп.

– Надеюсь, я вас не напугал? – сказал незнакомец.

– Вы видели, как я стою тут болван болваном, с закрытыми глазами?

Молодой человек кивнул.

– Я вспоминал, – объяснил Грэмп.

– Вы тут живете?

– Да, на этой самой улице. Последний здешний обитатель, можно сказать.

– Тогда вы, может быть, поможете мне.

– Постараюсь, – ответил Грэмп.

Молодой человек замялся.

– Понимаете… Дело в том… Ну, в общем, я совершаю, как бы это сказать, что-то вроде сентиментального паломничества…

– Понятно, – сказал Грэмп. – Я тоже.

– Моя фамилия Адамс, – продолжал незнакомец. – Мой дед жил где-то здесь. Может быть…

– Вот этот дом, – показал Грэмп.

Они постояли молча.

– Славный уголок был. – заговорил наконец Грэмп. – Вон то дерево ваш дедушка посадил сразу после того, как с войны приехал. Мы с ним всю войну вместе прошли и вместе вернулись. И погуляли же мы в тот день…

– Жаль, – произнес молодой Адамс. – Жаль…

Но Грэмп словно и не слышал его реплики.

– Так вы говорите, ваш дед! Я что-то потерял его из виду.

– Умер, – ответил молодой Адамс. – Уже много лет назад.

– Помнится, он влез в атомные дела, – сказал Грэмп.

– Совершенно верно, – с гордостью подтвердил Адамс. – Сразу подключился, как только началось промышленное применение. После Московского соглашения.

– Это когда они порешили, что воевать больше невозможно.

– Вот именно.

– В самом деле, – продолжал Грэмп. – как воевать, когда не во что целиться.

– Вы подразумеваете города? – сказал Адамс.

– Ну да. И ведь как все чудно вышло… Сколько ни пугали атомными бомбами – хоть бы что, все равно за город все держались. А стоило предложить им дешевую землю и семейные вертолеты, так и кинулись врассыпную, чисто кролики, чтоб им…

Джон Дж. Вебстер решительно поднимался по широким ступеням ратуши, когда его догнал и остановил оборванец с ружьем под мышкой.

– Привет, мистер Вебстер.

Несколько секунд Вебстер озадаченно рассматривал ходячее огородное пугало, потом лицо его расплылось в улыбке.

– А, это ты, Леви. Ну, как дела?

Леви Льюис осклабился, обнажив щербатые зубы.

– Ничего, так себе. Сады все гуще, молодые кролики нагуливают вес.

– Ты случайно не причастен к этой заварухе с брошенными домами? – спросил Вебстер.

– Никак нет, ваша честь, – отчеканил Леви. – Мы, скваттеры, ни в чем дурном не замешаны. Мы все люди богобоязненные, законопослушные. А дома эти занимаем только потому, что нам ведь больше негде жить. И кому вред от того, что мы селимся там, где все равно никто не живет. Полиция знает, что мы не можем за себя постоять, вот и валит на нас все кражи и прочие безобразия. Делает из нас козлов отпущения.

– Ну, тогда ладно, – ответил Вебстер. – А то ведь начальник полиции хочет сжечь заброшенные дома.

– Пусть попробует. – сказал Леви. – Только как бы сам не обжегся. Развели огороды в банках, заставили нас фермы бросить, но уж дальше м ни на шаг не отступим.

Сплюнув на ступеньку, он продолжал:

– Случайно у вас нет при себе какой-нибудь мелочи? У меня совсем патронов не осталось, а тут эти кролики…

Вебстер сунул два пальца в жилетный карман и выудил полдоллара.

Леви ухмыльнулся.

– Вы сама щедрость, мистер Вебстер. Доживем до осени, я вас белками завалю.

Скваттер козырнул на прощание и зашагал вниз по ступенькам; ствол ружья поблескивал на солнце. Вебстер повернулся и вошел в здание.

Заседание муниципального совета было в полном разгаре.

Начальник полиции Джим Максвелл стоял около стола, мэр Пол Картер говорил, обращаясь к нему:

– Тебе не кажется, Джим, что с твоей стороны несколько опрометчиво настаивать на таких мерах?