Читаем Город полностью

"Да у них здесь круговая порука!" - подумал ошеломленный Березин. Он ничего не понимал. Куклявые в массовом порядке выскакивали из программы, шло их поголовное очеловечивание. Может быть они так устроены, что стоит одному-двум отклониться от программы, как начинается массовая неуправляемая реакция? Как бы это проверить? В нем проснулся азарт исследователя.

- И потом, вы видели эту девушку? - спросил Толя.

- Нет. А что?

- Увидите, не будите задавать глупых вопросов.

"Ах, как он меня, сукин сын!" - восхитился Березин. Он был прямо-таки влюблен в этого Толю. Ведь когда-то именно он его создал, вот этими вот руками.

В камере, довольно просторной и светлой комнате, в углу на табурете стоял небольшой цветной телевизор, посредине стол, накрытый белой простынью. На нем с десяток яблок и две бутылки "Фанты". По бокам стояли две обычных тюремных кровати. На одной из них, справа, сидела девушка удивительной красоты. Нимфа! Богиня! Березину даже почудился нимб вокруг её головы. Рождает же природа этакое! Пышные каштановые волосы обрамляли тонкое бледное лицо, на котором особенно поражали прекрасные глаза, огромные ярко-синие, будто светящиеся изнутри.

И Роман Маркович понял, что все что плел ему Пантокрин об этой девушке, беспардонное вранье. Этот старый пакостник просто не мог пройти мимо подобной красоты. Но получив, вероятно, достойный отпор, решил добиться своего, превратив эту славную красавицу в куклявку. Ну что за гнустность такая?! А Гриша-то, Гриша каков! Ай, да Орлов! Ай, да орел!

Слева на кровати сидела Венера-молочная. Когда-то Березин был в восторге от своего изделия, от красоты куклявки и именно он дал ей имя Венера. Но сейчас, в сравнении с Татьяной, она выглядела простушкой.

Татьяна смотрела на незнакомого Березина с серьезным любопытством, как бы говоря: "А это что ещё за явление Христа народу?" Березину под этим взглядом сразу стало неловко за свой неопрятный вид, многодневную щетину, помятые сверх всякой меры брюки, стоптанные старые туфли. Он смущенно сказал:

- Здравствуйте, Таня!

- Здравствуйте, - недоуменно поздоровалась девушка. - Но, простите, я вас не знаю.

И тут Роман Маркович вспомнил, что забыл поздороваться с Венерой и от подобной бестактности смутился ещё более.

- Здравствуй, Венера!

Голая по пояс, та соскочила с кровати, вытянула руки по швам, выкатив вперед огромные и тяжелые груди, звонко ответила:

- Здравствуйте, отец!

- Ты бы, голубушка, прикрыла чем-нибудь эти штуки. А то неудобно как-то.

- Ах, простите, отец! - спохватилась Венера, схватила с кровати блузку, накинула на себя.

- А она здесь почему? - спросил Березин у Толи.

- Это Коля её притащил, чтобы, стало быть, Тане не скучно было.

- Но вы, ребята, даете! Насколько мне известно, она же служит в тайной полиции?

- Неа, её оттуда выперли, - объяснил Коля. - Она за Гришу заступилась, её и выперли. Да вы не сомневайтесь, батя, она своя в доску!

- Ага, я своя, папа, - простодушно подтвердила Венера. - Я вот и Тане говорю, что за Гришу я все что угодно могу. Шибко он мне пондравился.

- Понравился, - поправил её Березин.

- Я и говорю - пондравился.

- Отец?! - удивилось Татьяна. - Вы что же, им всем... В каком смысле "отец"?

- Видите ли, Таня, - рассмеялся Роман Маркович недоумению девушки. - Я действительно для всех них в какой-то степени больше мама, чем папа - я их создал. Вот потому они все меня так зовут.

- Значит вы бывший главный ученый города Березин Роман Маркович?

- Он самый. Ребята, оставьте нас одних.

- Нет базара, батя! - сказал Коля. - Венера, пошли.

После их ухода, Березин подошел к кровати Татьяны, сел рядом с ней, сказал, улыбаясь:

- Вам очень огромный и очень пламенный привет от небезызвестного вам Григория Александровича Орлова.

Прекрасное лицо её озарилось великой радостью. Она вскочила с кровати, схватила Березина за плечи и, заглядывая в глаза, прокричала:

- Боже мой! Вы видели Гришу?! Он живой?! Как он?! Что с ним?!

- Жив-здоров. Говорит, что безумно вас любит. Может и врет. не знаю. От него все можно ожидать, - рассмеялся Березин.

- Живой! Господи, как это замечательно! Живой и здоровый! А я так волновалась, так волновалась! И Толя с Колей ничего о нем не смогли узнать. Где он?

- В сумасшедшем доме.

- В сумасшедшем доме?! Господи, там он ещё не бывал! Там его и место! - она счастливо рассмеялась, а затем без всякого перехода расплакалась.

Смеялась и плакала, плакала и смеялась. И это было прекрасно. У Березина защемило сердце. Как он завидовал в эту минуту Орлову. Как бы хотел, чтобы хоть одна женщина в мире так же вот смеялась и плакала о нем. Но увы, любовь обошла его стороной. Не повезло. Видно придется доживать век бобылем.

Когда Татьяна немного успокоилась, он спросил:

- А как вы с ним познакомились?

- С кем?

- С Орловым.

- А разве Гриша вам не говорил?

- Нет. Он только сказал, что если с вами что случится, то ему не жить.