Читаем Горькая кровь полностью

— Шейн, я серьезно. Нам нужен кто-то в Совете Старейшин, кого вампиры не смогут контролировать, и кого-то, именно человека, за которого проголосуют люди. Она Моррелл. Она бы получила сочувствие из-за брата.

Он потёр лицо обеими руками, в то время как она открыла входную дверь Стеклянного Дома.

— Плохая идея, — сказал он. — Из стольких, стольких путей. Скажи мне, что на самом деле не помогаешь ей.

— Ну, я дала что-то в роде обещания, что сделаю листовки.

Она ожидала, что он отвергнет и это, но на его лице медленно появилась злая улыбка, и он сказал:

— О, пожалуйста. Позволь мне.

— Шейн…

— Поверь мне.

Она не могла.

И действительно, спустя два часа она услышала возмущенный крик Евы, доносившийся снизу. Она помчалась в гостиную и увидела, что Шейн считал… плакатом. Это была яркая неоновая синяя вещь, на которой было написано печатными буквами ЗАЧЕМ ГОЛОСОВАТЬ ЗА МЕНЬШЕЕ ИЗ ДВУХ ЗОЛ? ГОЛОСУЙ ЗА МОРРЕЛЛ! И там было изображение святой Моники, которую она никогда, никогда не увидела бы в ней. Честно говоря, она не могла бы выглядеть более ангельски, если бы Шейн приделал в фотошопе ореол.

Также в углу была одна из тех ярко-желтых звезд, которая гласила ОДОБРЕНО КАПИТАНОМ ОТКРОВЕННЫМ! ЧЕЛОВЕК УТВЕРЖДЁН! плюс копия записи в избирательном бюллетене с именем Моники, смело написанная маркером.

Это одновременно было и самым смешным, что Клэр когда-либо видела, и самым ужасным.

Ева никак не могла придумать, что сказать. Она просто смотрела… сначала на плакат, затем на Шейна, затем снова на плакат, как если бы не могла представить мир, в котором это произошло. Наконец, она сказала:

— Я очень, очень надеюсь, что это шутка. Если это не так, Моника тебя убьет. И потом завернёт тебя в этот плакат и похоронит.

— Что с ним не так? — спросил Шейн и посмотрел вниз на бумагу. — Я знаю, синий не был моим первым выбором, но я полагал, что ярко-розовый будет излишним.

— Ладно, мне нужно резюме. Почему именно ты делаешь плакат для избрания Моники на пост мэра? Я что-то пропустила, проснулась в параллельном мире или…?

— Это план Клэр, — сказал он. — Я просто графический дизайнер. Она руководитель кампании.

Ева рухнула на диван и закрыла лицо руками.

— Ты безумна. Вы сошли с ума. Слишком много стресса. Я знала, что один из вас когда-нибудь сломается.

— Моника идеальна, — сказала Клэр. — Ева, правда, это так. Подумай об этом. И, эй, если хочешь, ты можешь быть Капитаном Откровенным.

— Я, — повторила Ева, коротко и сухо усмехнувшись. — Да, конечно. Конечно.

— Эй, — сказал Шейн. Он отложил плакат в угол и — неожиданно, по крайней мере для Клэр — опустился перед Евой на одно колено. Он взял её за руки и опустил вниз, чтобы увидеть лицо. — Посмотри на меня. Ты оригинальный мятежник, Ева. Чёрт, ты стала мятежником еще до меня. До Майкла. До Клэр. Большинство из этих Капитанов Откровенных были просто наполовину подражателями, потому что в сердцах они были обычными парнями, недовольными при наличии всего, что они хотели и когда они этого хотели. Это не бунт, это просто эгоизм. Но ты не такая. Если бы ты хотела быть Капитаном Откровенным, ты была бы настоящим.

Именно это он и имел ввиду. Не насмешка, не приставание, не дружественный стеб; он искренне так считал, а Ева сделала глубокий, прерывистый вздох в то время, как посмотрела назад. Она покачала головой.

— Я не могу, Шейн.

— Да, — сказал он. — Ты могла бы стать. Но только если действительно хочешь, — сказал он без драматизма, даже без особого акцента, просто констатировал факт. — Ладно. Пицца остывает.

— Майкл убьет вас обоих, — сказала Ева и последовала за ним, когда он встал и подошел к столу, где Клэр вспомнила, что делает, и поставила тарелки. — Убьет тебя совсем, совсем намертво.

Но она ошиблась, потому что когда Майкл появился пятнадцать минут спустя, выходя из кухни тем тайным тихим вампирским способом, которым он иногда пользовался, когда забывал о манерах своей кампании — он долго смотрел на плакат, склонил голову и сказал:

— Неправильное фото.

Шейн бросил на Еву взгляд злого триумфа.

— Ну, я бы использовал её фото из ежегодника, но там она выглядела как бракованная Spice Girls. Что-то еще?

— Нет никакого Капитана Откровенного.

— Это твоё возражение? — сказала Ева, положив недоеденную пиццу обратно в тарелку. — Из всего на плакате, в том числе — о, я не знаю, Моники? — тебе кажется проблемой именно это?

— Он правильно написал её имя. Мне на самом деле понравился девиз "меньшее из двух зол", это действительно захватывает дух, — Майкл принёс свою пиццу и одну из непрозрачных спортивных бутылок. Пицца и кровь, сочетание, которое мог любить только вампир; пытаясь не сильно об этом задумываться, Клэр добавила измельчённый перец на свой кусок. — И если быть честным, сначала я действительно был против этого изображения. Это делает её взгляд слишком милым.

— Я думаю, это было преднамеренно, — сказала Клэр. — Все знают…

— Есть новый Капитан Откровенный, — сказал Шейн.

— Да? — Майкл сделал гигантский укус корки, сыра и мяса, затем пробормотал: — Кто?