Читаем Горизонты ада полностью

Когда настала ночь, Вами вернулся в пыточную комнату, велев мне подождать снаружи, в коридоре. Он потратил совсем немного времени на парочку из «Красной глотки». Когда закончил, он вытащил из комнаты два черных пластиковых мешка, один из которых передал мне. Мы взвалили их на плечи и вынесли из здания на парковку. Вами исчез в переулке и вернулся на украденной машине, в которую мы погрузили трупы. Затем он надел повязку мне на глаза, чтобы я не знал, где расположено его логово, и мы направились к Холодильнику.

Проехав пять минут, Вами остановился, стянул с моей головы повязку и поменялся со мной местами. Сказал, что не любит водить машину, предпочитает мотоцикл. И прибавил с кривой улыбкой, что ему приятно, что его сын тоже выбрал способ передвижения на двух колесах. Я не увидел в этом ничего забавного.

Когда мы подъехали к моргу, я вспомнил пустой контейнер с именем Тома Джири на дверце и спросил Вами, когда он оставил записку. Он понятия не имел, о чем я говорил.

– Ну, эту: «Ушел обедать», – напомнил я ему.

– У меня нет контейнера в Холодильнике, – сказал он.

– Разумеется, есть. Когда покончил с Томом Джири, ты арендовал контейнер для него и сделал вид… – Я замолчал. – Разве нет?

Вами отрицательно покачал головой.

Нажав на тормоза, я остановил машину, хотя мы уже были на расстоянии выстрела от Холодильника.

– Но он там есть. Я проверял. И в нем находится записка: «Ушел обедать».

Вами фыркнул:

– Это шуточки работников Холодильника. Тамошние упыри по-всякому развлекаются с доверенными им трупами.

– Но в контейнере не было тела, на нем только имя: Том Джири.

Он нахмурился:

– Другой человек и то же имя?

– Нет. Кар… – Я осекся. Пустой контейнер. Имя: Том Джири. Кому-то очень хотелось столкнуть отца и сына. – Много народу знают про нас с тобой? – спросил я.

Он покачал головой:

– Я всегда умел хранить секреты. Один или два человека из старого района могли бы связать Паукара Вами и Тома Джири, как сделала это любопытная соседка твоей матери. Но если и так, то они молчали в тряпочку. А знает только один человек… – Он сделал гримасу.

Я ждал, когда он назовет имя. Вами промолчал, и я сказал:

– Это Кардинал, так ведь?

– Да, – кивнул Вами. – Он знает обо всех моих детях.

– Кардинал рассказал мне про то, что Том Джири покоится в Холодильнике, – сказал я, и убийца повернулся, желая посмотреть на меня. На секунду я увидел, растерянность в его глазах и понял, что он потрясен не меньше меня.

Мы договорились, что я расскажу все Кардиналу. Он мастер заметать следы. Если смерть Ник, расстрел Фурстов и наша встреча – его затея, выяснить, так это или нет, можно только одним способом: собрать все наши доказательства и выложить их перед чудовищем. Нельзя сказать, чтобы эта перспектива меня вдохновляла.

– Что, если его разозлят наши обвинения? – предположил я.

– Если это одна из его игр, то он ждет схватки, поэтому и нанял тебя, чтобы найти убийцу Николы Хорняк, – ответил Вами.

– А если Кардинал скажет, что это не он?

– Давай не забегать вперед.

– Ты все еще думаешь, что он может оказаться не при делах?

– Все очень похоже на одну из тех игр, которыми развлекается Кардинал, – высказал предположение Вами. – Если бы это не касалось меня, я бы, не задумываясь, указал на него пальцем. Но мы с ним давно сотрудничаем. Нанять меня, чтобы убить Фурстов, это было оскорбительно. Не думаю, что Кардинал рискнул нанести мне обиду так явно.

Мы сдали трупы в Холодильник, забрали мой велосипед от «Красной глотки», и Вами отвез меня домой. Остановив машину около лавки Али, он не выключал мотор, пока я выходил и доставал велик. Когда я захлопнул дверь, он опустил стекло и сказал, что позвонит завтра, если будут новости. И уехал.

Я медленно, тяжело дыша, стал подниматься по лестнице.

Кто-то ждал меня у двери моей квартиры. Первая мысль: беда. Я начал потихоньку пятиться. Затем узнал красивые ножки Присциллы Пардью и продолжил подъем.

– Наконец-то! – сказала она с облегчением, когда я ступил на лестничную площадку. – Тысячу лет жду тебя тут. Еще десять минут, и я бы… Что с тобой такое, черт возьми? Выглядишь так, будто тебя пропустили через шредер.

– Если бы… – поморщился я.

Присцилла поспешила ко мне.

– Давай ключи, – произнесла она приказным тоном, затем открыла дверь и помогла мне зайти.

Я мечтал рухнуть в постель и заснуть, но Присцилла не позволила. Уговорила меня пойти в ванную комнату и раздела до трусов, прежде чем я сообразил, что происходит. Потом с помощью губки промыла самые серьезные порезы и ссадины на моем теле. Это могло бы возбудить, если бы каждое прикосновение губки не заставляло меня морщиться от боли и чертыхаться.

– Почему бы тебе просто не пройтись по мне теркой для сыра? – прорычал я.

– Не будь таким нюней, – спокойно ответила Присцилла. – Это следует сделать. Вообще-то, тебе не мешало бы показаться врачу. Могут быть и внутренние повреждения.

– Нет ничего.

– Ты этого знать не можешь.

– Я рискну. Три дальше.