Читаем Горизонты ада полностью

– Вы опоздали, – заметил я. – Что-нибудь случилось?

– Нет, просто не хотел слишком поспешно уходить.

– Совпали отпечатки?

Он кивнул и просто сказал:

– Билл Кейси.

Я со вздохом опустил голову.

– Вы ведь этого ждали?

– Да, – подтвердил я.

– Вы не выглядите довольным.

– Надеялся, что ошибаюсь.

– Простите. – Сайнс вернул мне палец. На нем виднелись следы чернил.

– Вы от него не избавились? – удивился я.

– Вы меня об этом не просили.

Блюдце он, видимо, выбросил. Я подбросил палец Билла в воздух и поймал:

– Он сейчас куда-нибудь годится? В смысле, его нельзя пришить назад?

– Нет.

– Уверены?

Не удостоив меня ответом на глупый вопрос, Сайнс сказал:

– Думаю, мне удалось сделать все незаметно. Никто не задавал никаких вопросов. Но если Кардинал или кто-нибудь из его ребят позвонит мне завтра и начнет на меня давить…

– Ладно, – кивнул я и направился к двери.

– Если это может вас утешить, – крикнул мне вслед Сайнс, – Кейси был жив, когда у него отсекли палец!

Я остановился в дверях.

– Нет, – тихо сказал я, – это меня нисколько не утешает.

И направился домой, собираясь все рассказать Присцилле.

Большую часть ночи мы не спали. Присцилла решила, что Билл мертв, и то и дело принималась его оплакивать, но я был уверен, что он жив. Моим мучителям было выгодно держать Билла живым, иначе они прислали бы что-нибудь покрупнее пальца. Возможно, они полагали, что смерть Билла загонит меня еще глубже в депрессию, тогда как возможность его спасти может вернуть меня в игру. Если так планировали, то они знали меня не хуже, чем я знал себя сам.

В какой-то момент Присцилла принялась умолять меня уехать из города. Она боялась расстаться со мной, была уверена, что убийцы сразу же придут за ней. Она прижималась ко мне, рыдала и говорила, что я не могу бросить ее одну. Я нежно гладил ее волосы и объяснял ей, что у меня нет выбора. Она стала спорить. Потом посмотрела мне в глаза. И замолчала.

Перед самым рассветом она спросила меня, как я собираюсь найти Билла.

– Разыщу убийцу Эллен, – пояснил я. – Надо было сделать это сразу после смерти Валери. Когда найду эту мразь, я найду и Билла.

– Ты в этом абсолютно уверен, – заметила она.

– Его похитители хотят, чтобы я его нашел. Они убили бы его, если бы планировали просто навредить мне. Меня заманивают в западню.

– Тогда ты не должен разыскивать убийцу!

– Должен. Если я не стану этого делать, Билла убьют наверняка. Так, по крайней мере, у него есть шанс.

Когда пришло время уходить, Присцилла снова принялась умолять меня остаться. Я сказал ей мягко, но твердо, что не могу. Когда она начала настаивать и говорить, что боится, я спросил:

– Ты умеешь стрелять из пистолета?

Взяв себя в руки, Присцилла кивнула. Я отдал ей свой «сорок пятый».

– Оставайся здесь. Не выходи. Если кто-нибудь подойдет к двери, начинай палить.

– Я только по мишеням стреляла раньше, – сказала она, неловко держа пистолет. – Не уверена, что смогу застрелить человека.

– Лучше надейся, что сможешь, или кончишь так, как Ник и Эллен, – мрачно сказал я, оставил ее и вышел на охоту.

Любовник был единственным связующим звеном между Ник, Зиглером, Валери Томас и Эллен. Если найду его – найду убийцу. Я мог забыть про Джинкса, Бретона Фурста и остальных. Мне требовался только любовник.

Мне уже не удалось добраться до него через Ник. И я не надеялся, что мне что-то даст изучение биографий Валери или Зиглера, поскольку они помогали этой сволочи. И заметали следы, как коварные звери.

Ключ – это Эллен. Только она была невинна. Она скрытничала, не пожелала назвать имя своего любовника, но был шанс, что кто-нибудь знал, с кем она встречается, близкая подруга или коллега слышала ее разговор по телефону, или официант видел ее с поклонником в ресторане. Такого человека надо еще поискать, но я располагал временем, и меня жгла ненависть. Я его должен был достать в конце концов.

Я начал с семьи. Позвонил Бобу, Деборе и кое-кому еще. Обсуждал с ними похороны и поминки, постепенно подбираясь к последним неделям жизни Эллен. Каждому ее родственнику говорил, что мне кажется, что она с кем-то встречалась. Один или два человека вспомнили, что она намекала на появление нового любовника, но никто ничего о нем не знал. Эллен своим близким, как и мне, ни в чем не призналась.

Перед тем как приняться за ее друзей, я позвонил во Дворец, спросил, могу ли встретиться с Кардиналом. Я посчитал, что было бы целесообразно использовать его армию доносчиков. Если у них пока ничего нет на этого типа, их можно предупредить, чтобы открыли глаза пошире и навострили уши. Но Кардинал оказался занят. Его секретарша обещала устроить мне с ним встречу, как только представится возможность, но точно не сегодня. Возможно, завтра. Мне пришлось с этим смириться, ничего другого не оставалось.