Читаем Горящий лед полностью

— В том числе и судья Эпсон. Он был правшой.

Пальметто чуть помедлил.

— Вы понимаете, что это означает, — сказал он.

— Да. Убийца по-прежнему на свободе и может совершить новое нападение. Но это мы и так знаем.

— Вот именно. Какие у вас на сегодня планы?

— Никаких. У меня выходной. А завтра мне обещали показать лабораторию.

— Я буду следить за каждым вашим шагом. Кстати, она только что позвонила с мобильника своему боссу. Сказала, что у вас «противоречивое отношение» к должности судьи.

— Вы что, можете подслушивать ее, прямо когда разговариваете со мной?

— Наука — великая вещь, верно?

Буше вернулся в дом. Дон ждала его на кухне.

— Я должна сказать тебе одну важную вещь, — проговорила она. — Только не сейчас, все в свое время.

— Слушатель из меня отличный, — ответил он. — Все судьи — хорошие слушатели.

Они не расставались почти до конца дня. Вечером, вернувшись домой, Буше получил от Пальметто последнюю, по его словам, «порцию полезной информации». Еще не было и половины десятого, а он уже лег и крепко уснул.

Перри и Кантрел не спали, укрывшись в кабинете Перри.

— И как ты собираешься это проделать? — осведомился Перри.

— С судьей? Лучше тебе не знать, — ответил Кантрел.

— Она подписывается Д. С. Фэллон, — сказал Перри. — «Д. С.» означает Дон Синтия. Но имя Синтия ей не нравится.

— Ну и что?

— Боюсь, «Д. С.» означает и еще кое-что. Дополнительная страховка. Ей нравится этот тип. Если он исчезнет, она начнет совать нос куда не следует.

Кантрел посмотрел на него:

— Ты точно этого хочешь?

— Д. С. Дополнительная страховка. Возьми и ее в лабораторию.

Кто рано ложится, тот рано встает. Буше пришел на работу раньше Дон: собственно, даже раньше секретарши. Пока он шагал по устланному бархатным ковром коридору, в голове всплыла одна картинка, и он замер. Побежал в кабинет Кантрела. По стенам были развешаны фотографии — Кантрел принимает всевозможные награды за научные успехи. Персонаж постепенно старел, однако одна черта оставалась неизменной: как именно он принимал эти награды. Берт Кантрел был левшой.

Буше бросился к лифту. Нажал кнопку, стал ждать. Наконец лифт подъехал, и из него вышла Дон, а вслед за ней — Перри и Кантрел. Теперь сбежать и спокойно позвонить было невозможно.

— Вы даже не представляете, что я вам сегодня покажу, — сказал Кантрел. — И вам тоже, Дон. Вы оба увидите нашу лабораторию.

— Вам вчера ночью удалось поспать, мистер Кантрел? — спросила Дон. — У вас вид очень усталый.

— Я в порядке. Мы с Джоном почти всю ночь ругали чертово правительство. Дайте я выпью кофе, а потом двинемся.

— Я уже пил, — сказал Буше. — Прощу прощения, я на минутку.

Он зашел в туалет и позвонил оттуда, невзирая на предупреждение Пальметто, что из здания лучше не звонить. Автоответчик. Он оставил короткое сообщение: «Передай Фитчу. Берт Кантрел, вице-президент и старший геолог „Рекскона“, левша».

Дон вызвалась сесть за руль. «Кадиллак», который катит по свободному четырехполосному шоссе, с равной вероятностью нагоняет сон и на младенцев, и на суперменов — не успеешь даже и колыбельную спеть. Кантрел громко похрапывал, заняв все заднее сиденье. Буше сидел на переднем. Они направлялись на запад.

— Куда мы едем? — негромко спросил Буше.

— Спящая Красавица попросил разбудить его в десяти милях от Моргана, — сказала Дон. — Ты в курсе, что он собирается нам показать?

— Полагаю, это как-то связано с гидратом метана.

Кантрел, всхрапнув, пробудился и приказал Дон съехать на обочину. Вышел, сам сел за руль.

По сторонам дороги тянулись здания фирм, производящих и обслуживающих оборудование для нефтедобычи. Кантрел свернул на боковую дорожку, уводившую к болотам, и наконец остановился возле одноэтажной постройки, на которой красовалось название компании. На парковке стоял лишь один автомобиль.

— Где же все? — спросила Дон.

— Мы им дали выходной, пусть попразднуют, — сказал Кантрел. — Как только мы запустим программу добычи на океанском дне, им придется трудиться сверх нормы.

— А вы готовы запустить эту программу? — удивился Буше.

Кантрел ничего не ответил. Поставил «кадиллак», провел их в здание. Навстречу им вышел мужчина в белом халате.

Лаборатория была огромной: застекленные кабинки по всему периметру. Кантрел и техник разговаривали внутри, но Буше и Дон их не слышали. Буше повернулся к ним спиной, проверил эсэмэски. Первая была от Фитча: «Кантрел. Разрешение на ношение оружия 1988. „Смит-вессон-38“, модель 10. Модифицирована под ЛР». Вторая была от Пальметто: «Слабый сигнал. Вы где?»

В полной заднице, вот я где, подумал Буше.

Подошел, улыбаясь, Кантрел:

— Готовы начать экскурсию?

Прежде всего он отвел их в камеру высокого давления. Туда был двойной вход. Первая дверь, пропустив их, автоматически герметично закрылась. Только после этого можно было открыть вторую дверь. Они вошли — температура была ниже нуля.

— Там на стене висят халаты, можете взять.