Читаем Горящая колесница полностью

— А если бы она сочла, что иметь страховку для неё опасно, — нет ничего проще, чем расторгнуть договор. Агенту, конечно, не захочется терять клиента, он будет уговаривать этого не делать. Но если пойти с документами в офис страховой компании, договор расторгнут сразу, без выяснения личности.

Исака тяжело вздохнул:

— Просто страшно становится.

— Вот именно, эта «Сёко Сэкинэ» всё время словно балансировала на канате. — Хомма сказал это, глядя на Хисаэ. — Я мало что понимаю в страховках, но, по словам Миттян из фирмы «Офисное оборудование Имаи», «Сёко Сэкинэ» впервые заключила договор социального страхования в апреле тысяча девятьсот девяностого года и объясняла это тем, что прежде работала только как временный сотрудник. Поэтому и дата заключения страхового договора относится к апрелю девяностого года. Однако же адвокат Мидзогути рассказывал, что подлинная Сёко Сэкинэ после окончания школы приехала в Токио и устроилась на работу в «Торговую корпорацию Касаи». Она начала работать в «Касаи» в тысяча девятьсот восемьдесят третьем году. Договоры трудового страхования тогда уже начали вводить в компьютерную базу данных. Через семь лет лже-Сёко поступила на работу в «Офисное оборудование Имаи». Так неужели же на бирже труда сотрудники не проверили, была ли у неё страховка раньше? Это не даёт мне покоя!

Хисаэ слегка пожала плечами:

— Нужно уточнить это у нашей сотрудницы, она скажет определённее, но… Обычно ведь оформление производят на основе имени и номера страхового свидетельства. А если сам человек заявляет: «Делаю себе страховку впервые», то ему, скорее всего, поверят.

— Стало быть, если подойти с другого конца и тщательно проверить базу данных биржи труда, то, выявив дублирование в регистрации Сёко Сэкинэ, которая родилась четырнадцатого сентября тысяча девятьсот шестьдесят четвёртого года, можно будет доказать, что человека подменили. Каким бы ни был рассеянным, не может человек забыть, где он прежде работал, и тем более не забудет сам факт, что он в прошлом работал, — рассуждал Хомма и Хисаэ была с ним согласна.

— Когда настоящая Сёко уволилась из фирмы «Касаи»?

— Вероятно, перед тем, как начать процедуру банкротства. Из-за настойчивости кредиторов ей стало трудно там оставаться, вот она и уволилась.

— Раз так, то самое раннее — это тысяча девятьсот восемьдесят шестой год. Очень удачно. Данные биржи труда хранятся семь лет. Я знаю, потому что спрашивала специалиста по налогам. Ведь документы по страхованию работников свидетельствуют и об их заработной плате. Поэтому для налогового ведомства такие документы нужно сохранять в течение того же срока, что и конторские книги, накладные, квитанции.

Хомма записал для себя эти сведения, а Исака вдруг хлопнул ладонью по столу, мол: «Я понял!»

— А паспорт или водительские права проверяли? — закричал он. — Ведь там же приклеено фото! Если человека подменили, это раскроется!

Хомма медлил с ответом, поэтому вмешалась Хисаэ:

— Вы спрашивали об этом своего родственника, Курисаку?

— Нет, ещё не спрашивал.

Исака был прав. Если и были у настоящей Сёко Сэкинэ водительские права, всё равно невеста Курисаки наверняка заявляла: «Водительских прав не имею». И как бы её ни уговаривали, ни за что не согласилась бы их получить.

То же и с паспортом. Если у настоящей Сёко Сэкинэ уже был однажды выписан паспорт, то лже-Сёко не могла его получить[4]. И поехать в свадебное путешествие за границу тоже не могла, потому что при одном взгляде на фото в паспорте обман бы раскрылся.

— Прежде всего я намерен съездить в город Кавагути, в квартал Минами, где жила настоящая Сёко Сэкинэ, — сказал Хомма, легонько постукивая пальцем по тому месту, где в справке о регистрации значился адрес. — Когда станет ясно, каким образом она оттуда переехала, следом, я думаю, потянется и многое другое.

Глядя Исаке в лицо, Хисаэ быстро проговорила:

— Я ещё вчера, когда ты рассказывал, заподозрила недоброе…

Он внимательно посмотрел на неё:

— Недоброе?

— Это вы про то, что случилось два года назад? — уточнил Хомма.

Слегка наморщив лоб, Хисаэ кивнула:

— Ведь у Сёко умерла мать…

Исака шумно сглотнул слюну:

— Так и есть! Неужели…

— Но страховая компания согласилась платить…

— Думаете, всё из-за денег?

— Нет, не только. Вопрос тут не совсем в деньгах, — сказал Хомма, сгребая в кучу все бумаги и поднимаясь со стула. — Эта семья состояла только из матери и дочери. Значит, после смерти матери исчез человек, которому была небезразлична судьба Сёко. Это ли не удачный момент завладеть документами Сёко и воспользоваться ими?

Нет, «случайно» такие вещи не делаются. Вчера вечером Хомма только об этом и думал.

Сначала устранить семью, а потом, когда всё уляжется, и самого хозяина документов…

— Давай-ка заканчивай здесь уборку! Потом будем обедать. А пока я отвезу господина Хомму на станцию, — сказала Хисаэ мужу и поднялась со стула. Лицо у неё было встревоженным.