Читаем Горячая шестерка полностью

После ужина Лунатик удалился, а бабушка, продемонстрировав мне новую машину, отправилась почивать.

Морелли позвонил около девяти.

– Прости, раньше никак не мог, – сказал он. – Такой уж денек выдался. Как ты там?

– При прыще.

– Тут я тебе не конкурент.

– Ты знаешь такую Синтию Лотте? Поговаривали, что она была подружкой Гомера Рамоса.

– Из того, что я знаю о Гомере, следует, что он менял подружек чаще, чем другие меняют носки.

– Ты с его отцом когда-нибудь встречался?

– Разговаривал пару раз.

– И что ты о нем думаешь?

– Типичный старый добрый грек – торговец оружием. Давно его не видел. – Он помолчал. – Бабушка Мазур все у тебя?

– Ага.

Морелли глубоко вздохнул.

– Мама просила спросить, не хочешь ли ты завтра прийти к ним ужинать. Она свинину жарит.

– Обязательно, – ответил Морелли. – Ты ведь тоже там будешь, так?

– Я, а еще бабушка и Боб.

– Господи!

Я повесила трубку, взяла Боба, погуляла с ним вокруг квартала, дала Рексу виноградину, немного посмотрела телевизор. Где-то посредине хоккейного матча я уснула и проснулась как раз вовремя, чтобы застать последние кадры шоу об убийцах и отравителях. Когда шоу закончилось, я трижды проверила замки на двери и повесила на ручку детектор движения. Если кто-нибудь откроет дверь, зазвучит сигнал. Я искренне надеялась, что такого не произойдет, потому что после шоу об убийцах я чувствовала себя слегка напутанной. Рейнджер, пялящийся на мой прыщ, уже не казался мне неприятностью в сравнении с маньяком, вырезающим мне язык и забирающим его с собой для коллекции. Ради пущей безопасности я отправилась на кухню и спрятала все ножи. Нечего облегчать задачу сумасшедшему, подсовывая ему мои собственные ножи. Потом я вытащила из банки с печеньем пистолет и положила его за диванную подушку – вдруг он мне срочно понадобится.

Я выключила свет и забралась под одеяло на моей походной кровати-диване. В спальне храпела бабушка. В кухне холодильник включился на размораживание. Послышался далекий звук с парковочной площадки – кто-то захлопнул дверцу машины. Обычные звуки, уверяла я себя. Тогда почему так бьется сердце? Потому что я посмотрела это дурацкое шоу про убийц по телевизору, вот почему.

Ладно, пора забыть про шоу. Спи. Подумай о чем-нибудь еще.

Я закрыла глаза. И подумала об Александре Рамосе, который, скорее всего, недалеко ушел от серийных убийц, из-за которых так колотится мое сердце. Так что насчет Рамоса? Человек, контролирующий подпольную продажу оружия по всему миру, вынужден останавливать на дороге машину, чтобы смотаться за сигаретами. Ходили слухи, что Рамос болен, но на меня он не произвел впечатления маразматика или сумасшедшего. Немножко агрессивен, это да. Терпения не хватает. Наверное, где-нибудь в другом месте его поведение и могло бы показаться странным, но здесь, в Джерси, как мне казалось, Рамос был вполне на своем месте.

Я была так огорошена, что почти и не говорила с ним. Теперь, когда прошло немного времени, у меня появилась тысяча вопросов. Мне не только хотелось еще раз с ним поговорить, у меня появилось странное желание посмотреть, какой он внутри, этот розовый дом. Когда я была маленькой, родители возили меня в Вашингтон, чтобы показать Белый дом. Мы час простояли в очереди, а потом нас водили по открытым для публики комнатам. Я очень расстроилась. Кому интересна государственная столовая? Мне хотелось посмотреть ванную комнату президента. И теперь мне было любопытно взглянуть на ковер в комнате Александра Рамоса. Мне хотелось побродить по комнатам Ганнибала и заглянуть в холодильник. Они ведь все были на обложке «Ньюсуика». Значит, они представляют интерес, верно?

Отсюда я перешла к мыслям о Ганнибале, который вовсе не казался мне интересным. И о Синтии Лотте, которая тоже была неинтересна. Или представить Синтию голой вместе с Гомером Рамосом? Тоже неинтересно. Ладно, как насчет Синтии и Бэтмена? Уже лучше. Подождите, а как насчет Ганнибала и Бэтмена? Гадость! Я сбегала в ванную и почистила зубы. И решила на Бэтмене остановиться.

Выйдя из ванной, я услышала, что кто-то возится с моим замком. Дверь открылась, и заверещала сигнальная система. Дверь осталась полузакрытой благодаря цепочке, так что, когда я вышла в переднюю, я смогла увидеть в щель Лунатика.

– Эй, дружок, – сказал он, когда я выключила сигнализацию. – Что это такое?

– Что ты здесь делаешь?

– Я забыл отдать твоей бабушке вторые ключи от машины. Вот я их и принес. – Он опустил ключи в мою ладонь. – Надо же, какая клевая у тебя сигнализация. Я знаю одного мужика, так у него сигнализация играет мелодию из «Бонанзы». Помнишь «Бонанзу»? Вот это был класс, правда?

– Как ты открыл мою дверь?

– Отмычкой. Не хотел беспокоить тебя так поздно.

– Очень трогательно с твоей стороны.

– Лунатик всегда старается думать о других. – Он махнул мне рукой и пошел через холл к лестнице.

Я закрыла дверь и снова прицепила детектор. Бабушка все так же храпела в спальне, а Боб даже не сдвинулся с места, так и остался лежать около дивана. Если в эту квартиру забредет серийный убийца, надеяться мне не на кого.