Читаем Горбачевы. Чета президентов полностью

Переговоры, если так можно назвать то, что происходило, от обсуждения конкретных вопросов опять быстро перетекли в русло острых споров о существовании двух мировых систем. Дискуссия становилась все больше непредсказуемой. Здесь-то и пригодились заготовки о единстве человеческого рода и ядерном пределе классовой конфронтации. Когда Михаил их озвучил, Рейган был приятно удивлен таким поворотом и торжественно заявил: «Теперь я могу доверять своему партнеру». Тут же позвали телеоператоров и повторили мизансцену. Потом к разговору подключили Шульца с Шеварднадзе и несколько часов сочиняли директиву экспертам для переговоров по двум самым болезненным проблемам: сокращению стратегических вооружений и ликвидации, уже размещенных сторонами в Европе, ракет малой и средней дальности. Когда документ был готов и Рейган предложил закрепить его подписями Шульца и Шеварднадзе, у Михаила, похоже «поехала крыша». Улыбаясь, он заявил, что это произойдет при условии, если Штаты заявят об отказе от СОИ. Реакция Рейгана была мгновенной. Подскочив, он заорал Шульцу: «Джордж! Нам здесь делать нечего. Мы уезжаем!». И пошел прочь из комнаты. Горбачев двинулся следом, повторяя: «Господин президент, не спешите. Еще можно все поправить». Обернувшись, Рейган бросил «Переговоры такого уровня не игра. Ставить условия, когда все решено, не по-честному». Сел в машину и уехал в аэропорт.

Немногим дано в такой ситуации владеть собой. Тем более, что в зале местной школы совместной пресс-конференции ждали сотни журналистов. Но Михаил даже не подумал уклониться от встречи с ними. Ведь там среди них его ждет Раиса. Выйдя к микрофону, поистине с олимпийским спокойствием он заявил: «Отсутствие на пресс-конференции президента США не означает провала переговоров. Работа была плодотворной. Нам удалось заглянуть за горизонт… На этом и закончим пресс-конференцию». Ошеломленные невиданной и неожидаемой выдержкой Михаила, журналисты встали и устроили ему овацию. Раиса стояла среди них и по ее щекам текли слезы. Она смотрела на него и восхищалась произведением своих многолетних усилий.

В реальном театре актеры на сцене иногда совершают такие ошибки, которые публика принимает за гениальную сценическую находку режиссера. Так и в политическом театре. Даже полный провал может быть выдан и воспринят как триумф.

Готовясь к первому официальному визиту в Вашингтон, Михаил все чаще думал о проблеме холодной войны. Уже были Женева и Рейкьявик. Но предстоящая встреча с Рейганом на американской земле представлялась особой. Только здесь он мог понять и почувствовать «вживую» настроения не политиков, а простых жителей этой могучей телом и духом страны. Раиса посоветовала для лучшего ее понимания задействовать ученых-американистов, и он поручил директору Института США и Канады Георгию Арбатову составить по этой теме историческую справку и подобрать необходимые материалы. В считанные дни поручение было исполнено. Передавая объемистую папку, академик рекомендовал обратить внимание на малоизвестный в СССР закон США 1959 года. «Принято считать, — заметил он, — началом холодной войны речь Черчилля в Фултоне и интервью Сталина газете «Правда», но некоторые исследователи и политики ведут отсчет от даты принятия этого закона. Посмотрите его содержание и нашу справку, как он принимался».

«Начиная с 1918 года, империалистическая политика русского коммунизма привела к созданию обширной империи, которая представляет собой зловещую угрозу безопасности Соединенных Штатов и всех свободных народов мира. Поэтому я вношу на рассмотрение проект под названием «Закон о порабощенных нациях», цель которого добиться освобождения народов Восточной Европы и Советского Союза от диктата Москвы. События 1956 года в Венгрии еще раз указали нам на то, что эта опасность реальная, а не плод фантазии, как считают мои оппоненты. Об этом нас предупреждал сэр Уинстон Черчилль еще в своей знаменитой лекции в Фултоне». Этими словами закончил член палаты представителей конгресса Фейган свое обоснование необходимости принятия закона. Так идеология холодной войны Черчилля была оформлена в законодательную форму. Для реализации закона правительством США создается «Американский Комитет Освобождения народов России». Перед ним ставилась задача добиться расчленения СССР и тем самым исключить его как политического и экономического соперника США.