Читаем Гончая смерти полностью

– Со мной творится нечто невероятное. Такого просто не может быть. А значит… значит, я действительно схожу с ума.

– Не торопитесь, – сказал Сэлдон, – и расскажите, что именно вас беспокоит.

– Я никогда не верил россказням о каких-то там особых мирах, – начал Хэмер. – Но это ощущение… Ладно, я лучше расскажу все по порядку. Это началось однажды вечером прошлой зимой.

Он кратко поведал о встрече с калекой-музыкантом и о странных переменах в своем мироощущении, последовавших за этой встречей.

– Так все началось. Я не смогу вам объяснить, какое оно – ощущение, которое я имею в виду, – но оно изумительно! С того вечера это продолжается постоянно. Не каждую ночь, но довольно часто. Дивная музыка, ощущение подъема, парения в вышине… и затем невыносимо тяжкое возвращение на землю, и после этого боль, самая настоящая физическая боль при пробуждении. Это как резкий спуск с высокой горы – знаете эти болезненные ощущения в ушах при спуске? Примерно то же самое, но гораздо сильнее, и еще ужасное ощущение собственной тяжести – когда ты скован, подмят собственным телом…

Он прервался, и наступила пауза.

– Прислуга уже думает, что я окончательно спятил. Я не могу находиться в доме – вот, оборудовал себе жилище на крыше, под открытым небом, без мебели и ковров, без занавесок и пологов… Но теперь мне мешают окрестные дома. Мне не хватает простора, открытого пространства, где можно дышать полной грудью… – Он посмотрел на Сэлдона. – Ну, что вы скажете? Вы можете как-то это объяснить?

– Гм… Объяснений множество. Вас загипнотизировали. Или вы сами все это себе внушили. Сдали нервы. А возможно… возможно, все это вам только снится.

Хэмер покачал головой.

– Ни одно из этих объяснений не подходит.

– Имеются, впрочем, и другие, – медленно произнес Сэлдон, – но они не очень… популярны.

– А вы лично признаете их?

– В целом да! Существует много явлений, которые мы не в состоянии понять, их невозможно объяснить обычным способом. Нам предстоит еще многое узнать. И для этого нужно просто держать открытыми глаза и уши.

– Но что делать мне? – спросил Хэмер, немного помолчав. – Что посоветуете?

Сэлдон наклонился к нему:

– Уезжайте-ка из Лондона и подыщите себе подходящее открытое пространство. И эти ваши грезы… или галлюцинации, возможно, прекратятся.

– Нет-нет, – возразил Хэмер. – Только не это. Я не хочу, чтобы они прекращались.

– А-а… так я и думал. Есть еще одна возможность. Найдите этого калеку. Вы приписываете ему всякие сверхъестественные способности. Поговорите с ним. Развейте чары.

Хэмер вновь покачал головой.

– Но почему?

– Я боюсь, – честно ответил Хэмер.

Сэлдон нетерпеливо повел плечом.

– Ну как можно так слепо во все это верить?! Эта мелодия – этот своего рода… э… э… проводник, с которого все пошло-поехало… на что, кстати, она похожа?

Хэмер принялся напевать – Сэлдон сосредоточенно слушал.

– Очень напоминает увертюру из «Риенци». Действительно возникает ощущение легкости, кажется, вот-вот взлетишь. Но смотрите – я не отрываюсь от земли, и никакого намека на крылья… А кстати, эти ваши полеты, они всегда одинаковы?

– Нет, нет. – Хэмер стремительно наклонился вперед. – Я чувствую себя все увереннее во время парения. И с каждым разом чуть больше вижу. Это трудно объяснить. Понимаете, я как бы приближаюсь к определенной точке – музыка несет меня туда – не плавно, а толчками, на гребне невидимых волн, и каждая волна поднимает выше, чем предыдущая, до некой точки, откуда уже невозможно двигаться выше. Я останавливаюсь там, пока меня насильно не возвращают назад… Это не какое-то конкретное место, а целая страна. Да-да. Не сразу, а спустя некоторое время я начинаю ощущать, что рядом есть и другие существа и они ждут того момента, когда я буду способен воспринимать их. Вспомните котенка. У него есть глаза, но рождается он слепым и должен научиться видеть. Примерно то же происходит и со мной. Глаза и уши там уже не могут мне служить, но появляются – правда, совсем еще слабые – какие-то иные органы восприятия информации – не телесные. Мало-помалу все это нарастает… Возникает ощущение света… затем звука… затем цвета… Все очень туманно и смутно. Это скорее познание вещей, нежели просто их восприятие… Всякий раз я этим своим новым зрением сначала видел свет, свет, который становился все сильнее и ярче, потом – песок, огромную пустыню из красноватого песка, пересеченную длинными полосами воды, очень похоже на каналы…

Сэлдон резко выдохнул.

– Каналы? Как интересно… Продолжайте.

– Это еще что! Самое главное было потом – то, что я не мог видеть, но слышал. Слышал звуки, подобные взмаху крыльев… Сам не знаю почему, но это вызывало ощущение невероятного блаженства! Не-ве-ро-ятного. А затем вам даруют другое наслаждение… Я видел их! Крылья! Ох, Сэлдон, Крылья!

– Но что это такое? Люди? Ангелы? Птицы?

– Я не знаю. Я не могу понять – пока еще не могу. Но этот цвет! Цвет Крыла – в нашей реальности такого нет – это потрясающий цвет.

– Цвет крыла? На что это похоже?

Хэмер нетерпеливо махнул рукой.