Читаем Голубой Лабиринт (ЛП) полностью

- Человек, который, очевидно, убил лаборанта остеологии в музее – и напал на вас – украл длинную трубчатую кость жены Паджетта. Почему? Возможно, потому, что он работал на кого-то, кто пытается воссоздать эликсир. Очевидно, что в кости должно сохраниться остаточное количество.

- Какая чушь, - сказал Пендергаст.

- А я вот не сомневаюсь. Мои исследования эликсира были тщательными. Все жертвы, поначалу, говорили о запахе лилий – это было частью презентации эликсира. Когда они впервые принимали его, запах был мимолетным, сопровождаемый чувством благополучия и живости ума. Со временем аромат начинал сопровождать их постоянно. Насыщеннее. С дополнительными дозами эликсира, запах лилий изменялся, как будто они загнивали. Жертва становилась раздражительной, беспокойной, не могла заснуть. Чувство благополучия сменялось тревогой и маниакальным поведением, с периодами внезапной вялости. На данном этапе дополнительные дозы эликсиры становились бесполезны – фактически, они только способствовали ускорению страданий жертвы. Дикий гнев возрастал, становясь всепоглощающим, сменяясь периодами крайней апатии. И тогда появлялась боль: сильнейшие мигрени и боли в суставах, пока не становилось почти невозможно передвигаться без мучительных страданий, - Констанс заколебалась. - В конце концов, смерть становилась спасением.

Пока она говорила, Пендергаст поставил стакан и встал. Он принялся расхаживать по комнате. - Я хорошо осведомлен о противоправных действиях моего предка.

- Есть еще одна вещь: эликсир вводился в виде пара. Вы не найдете его в таблетках или каплях. Его необходимо вдохнуть.

Еще больше ходьбы взад-вперед.

- Конечно, вы могли видеть, как это происходило, - сказала Констанс.

Пендергаст отмахнулся от ее слов пренебрежительным жестом.

- Алоизий, ради Бога, вы были отравлены эликсиром. Не только это – но и то, что очевидно была применена очень концентрированная доза!

- Вы пронзительно кричите, Констанс.

- Вы начали чувствовать запах лилий?

- Это достаточно распространенный цветок.

- Вчера после нашего совещания, я попросила Марго, провести расследование. Она обнаружила, что кто-то – без сомнений использующий фальшивое имя – занимался исследованиями эликсира Иезекии в публичной библиотеке Нью-Йорка и Нью-Йоркском историческом обществе.

Пендергаст остановился. Он снова сел в кресло и взял свой бокал. Откинувшись назад, он сделал быстрый глоток, прежде чем поставить его.

- Простите мою прямоту. Но кто-то мстит вам за грехи ваших предков.

Пендергаст, казалось, не слышал ее. Он опрокинул в себя последний абсент и начал готовить еще одну порцию.

- Вам надо сейчас же получить помощь, или вы закончите, как тот человек в Калифорнии.

- Не надо мне никакой помощи, - ответил Пендергаст с неожиданной яростью, - я сам могу спасти себя. И я буду вам благодарен, если вы не будете мешать моему расследованию.

Констанция поднялась со скамьи и сделала шаг к нему. - Дорогой Алоизий. Не так давно в этой самой комнате, вы назвали меня своим оракулом. Позвольте мне сыграть эту роль. Вы больны. Я вижу это. Мы можем помочь вам – все мы. Самообман станет для вас фатальным.

- Самообман? - Пендергаст рассмеялся звонко и резко. – Здесь нет никакого самообмана! Я осознаю свое состояние. Неужели вы думаете, что я не старался в меру своих сил найти способ, чтобы исправить ситуацию? - Он схватил стопку бумаг и швырнул их в угол комнаты. - Если мой предок Иезекия, чья жена умирала от воздействия его эликсира, не мог найти лекарство... тогда как я смогу? Также я не могу смириться с вашим вмешательством. Это правда, я звонил тебе мой оракул. Но теперь ты становишься моим альбатросом. Вы женщина с идеей фикс, как вы это столь резко продемонстрировали, когда вас осаждал ваш покойный любовник на вулкане Стромболи.

В Констанс настала перемена. Ее тело стало жестким. А ее пальцы крепко сжались – только один раз. Искры вспыхнули в ее фиолетовых глазах. Сам воздух потемнел вокруг нее. Эта перемена была столь резкой, и с таким затаенным злом, что Пендергаст, поднимая бокал за еще одним глотком, вздрогнул и непроизвольно выставил руку в защиту, выплеснув напиток на его ладонь.

- Если бы это мне сказал любой другой человек, - сказала она ему тихим голосом: - Он бы не пережил эту ночь. Затем она развернулась на каблуках и покинула комнату.

Глава 33

- Кое-кто хочет вас видеть, лейтенант.

Сидя за своим столом, Питер Англер оторвался от стопки распечаток и вопросительно поднял бровь на своего помощника, сержанта Слейда, который стоял в дверях.

- Кто там?

- Блудный сын, - сказал Слейд с усмешкой и отступил в сторону. Мгновение спустя, худая, аскетичная фигура специального агента Пендергаста появилась в дверях.

Англер сделал над собой усилие, скрывая удивление. Молча, он кивнул Пендергасту на стул. Англер почувствовал, что сегодня у мужчины напротив, был совсем другой взгляд; он не был уверен, что это было на самом деле так, но у него возникла мысль, сделать слепок с глаз этого человека, которые казались необычайно ярче по сравнению с бледностью его лица, чем были прежде.